Черные стрелы

Стоит ли говорить, что комендант Утесной крепости даже слушать не станет никого из Зеленых полян, а соврать не получится - дорога от деревни к крепости всего одна и других поселений в этом направлении нет. 

- Вот видишь, - Кира выпрямилась в седле, разочарованно вздохнув. – Я тоже предлагала брату послать кого-то вперед и дать ему что-то принадлежащее нам - бумаги с печатью жрецов или что-то еще. Но Митр сказал, что солдаты, скорее всего, решат, будто какой-то бродяга наткнулся на трупы ищущих или просто украл наши вещи и даже не станут разбираться, что к чему.

 

- Скорее всего, повесят и даже слушать не станут, - порядки скорых на расправу солдат, Тенро знал. Вояки скучали в отдаленной крепости – Королевский кряж надежно защищал эти земли от тумана, а бандиты так далеко забирались очень редко, так что казнь воришки без роду и племени, определенно позабавит солдат. А вот если бы они меньше пили и чаще патрулировали бы вверенные им земли то, возможно, поняли бы, что горы перестали быть преградой для Застывшего леса.

 Но что толку рассуждать об этом? Охотник послал молчаливое проклятье на головы стражей королевства и вслух сказал:

- Тогда нам ничего не остается, кроме как спешить, - подвел итог невеселому разговору Тенро и, первым последовав своему совету, ускорил шаг.

 Когда возглавляющая колонну лошадь ищущей ускорилась, то Тар недовольно сдвинул брови и, подозвав сына, шепотом спросил:

- Все плохо?

- Пока нет, - честно ответил охотник. Ему не хотелось пересказывать отцу их с Кирой разговор, но, если бы тот спросил, Тенро не стал бы лгать.

- Твари могут преследовать нас? – Тар хорошо знал своего сына и по одному его взгляду понял, что прав. Староста задумался, почесав культей отросшую седую бороду. – Никому лучше об этом не знать. Лишняя паника не нужна – это тебе девка сказала?

- Да.

- А ее, небось, брат надоумил, - легко догадался старик, недовольно глянув за спину. – Не нравится он мне. Ладно, пусть будет, как они решили.

Но, - он серьезно посмотрел сыну в глаза. - Коли все бедой обернется, ты никого не жди, сынок. Спасайся сам. Не спорь со мной! Если по наши души тварей понабежит слишком много, то один ты уйдешь, а иначе никому не поможешь, да еще и сам сгинешь.

- Ты же староста, как ты можешь… - слова Тара удивили охотника.

- Перво-наперво, я – твой отец, а уже потом староста. Ночью я замешкался и ты ушел за пилигримом один. Я подвел тебя, как отец и больше так не поступлю.