Черные стрелы

- Бросай, - потребовал Тенро, не сводя глаз с темного овала лица под глубоким капюшоном.

 Кинжал наэрца с глухим звуком упал в траву, а сам он медленно развел руки, открытыми ладонями к охотнику.

- Все так же хорошо стреляешь, "стириат леар", - капюшон едва заметно качнулся в сторону стрелы, застрявшей в сочленении доспеха между грудью и предплечьем. - Ты позволишь? - Руки пленника едва заметно сместились к капюшону.

- Только медленно, - кивнул Тенро, чувствуя, как немеет от усталости рука, удерживающая тетиву – все-таки новый лук оказался слишком мощным для долгого прицеливания.

 Бывший разведчик уже всерьез задумывался над тем, не разжать ли пальцы и не отправить ли неудавшегося убийцу к духам Леса, которых так чтит его народ, но слова наэрца заинтриговали охотника. Откуда тот знал, что Тенро служил в "черных стрелах", ведь татуировка на руке сейчас была надежно скрыта под одеждой?

- Ты можешь опустить оружие, - наэрец, как ему и велели, медленно снял капюшон и Тенро встретился взглядом с его золотистыми большими глазами, насмешливо смотрящими на стрелка.

  Выглянувшее из-за ветвей солнце озарило камни янтаря, украшающие длинные волосы пленника и Тенро сразу же отметил длинный шрам, пересекающий немного вытянутое, с правильными чертами лицо. Улыбнувшись, сын Леса произнес:

- Когда мы нашли тело того человека, с которым вы вместе сбежали, то подумали, что духи убили его, а тебя забрали с собой. Но, как я вижу, светлые небеса благоволят тебе, убийца.

- Кто из нас еще убийца, - несмотря на прошедшие годы, Тэнро вспомнил лицо наэрца, что сейчас стоял перед ним. Его звали Лаэррэ, именно он с отрядом пришел на помощь отбивающимся от измененных сородичам и, по иронии судьбы, объединившихся с ними людей. В тот день выжили немногие. Когда Лаэррэ со своими воинами вышел к холму, из оборонявшихся осталось лишь четверо - криан Шиллэ, Тенро со Свеном, да старый ветеран-пехотинец, чьего имени они так и не успели спросить.

 Теперь, спустя более четырех лет, Тенро и Лаэррэ встретились вновь.

- Я не отрицаю, что и мои руки в крови, - покладисто согласился наэрец, с иронией взглянув на окровавленную кисть - волчьи клыки, все же, прокусили перчатку в нескольких местах.  - Но теперь между нашими народами нет вражды.

- Разумеется, - кивнул Тенро, криво усмехнувшись. - Ты метнул в меня кинжал исключительно из благих побуждений.