Блуждания потерянных

Он только что передал какие-то документы стоявшему неподалёку громиле-телохранителю и теперь неспешно направлялся ко мне. Я принялся пятиться, но негр-возница грубо толкнул меня к толстяку.

– Я директор корпуса, в котором тебе суждено будет умереть. – Начал он насмешливо, в глазах его, прежде спокойных, я увидел садистский блеск. – Это первая, и, вероятно, последняя наша встреча лицом к лицу. Впрочем, если ты останешься в живых, то мы встретимся вновь.

Толстяк щёлкнул пальцами, и громадная рука схватила меня за ногу.

Тем временем он начал сдёргивать мою рубашку, не особо заботясь о сохранности пуговиц. Я принялся брыкаться в тщетных попытках вывернуться, но стоявший сбоку телохранитель наотмашь ударил меня по лицу. С характерным хрустом челюсть клацнула, а на глазах навернулись слёзы.

Избавившись наконец от досаждавшей ему рубашки, самозваный директор извлёк из кармана своего бирюзового жилета маленькую бутылочку и иглу.

– Стой смирно и не вздумай дёргаться, иначе Альберт свернёт тебе шею.

 – Как-то по особому ласково и в то же время издевательски сказал он, и откупорив свой незамысловатый сосуд, окунул в него край иголки. Моих ноздрей достиг тошнотворный запах, а от дурного предчувствия к горлу подкатил ком.

Не спеша и словно наслаждаясь процессом, садист принялся за работу. Он плавно принялся вычерчивать на моём животе таинственные числа. Боль была адской, содержимое банки оставляло сильнейшие химические ожоги, едва коснувшись кожи. Чтобы не закричать, мне пришлось до крови прокусить губу.

К счастью, процесс не продлился дольше минут трёх (я принялся считать про себя секунды, чтобы хоть как-то абстрагироваться от боли) и меня вскоре оставили в покое. Он отвлёкся на изучение документов, но о побеге и мечтать не следовало – телохранитель не ослабил своей чудовищной хватки.

Отдышавшись и придя в себя после испытанного, я понял, что лучше молчать. Мне было что сказать этим людям, но я прекрасно понимал, что эти трое не из категории людей, которые спустят подобное с рук, а будучи мелким мальчишкой, я целиком осознавал свою колоссальную беспомощность против этих здоровенных горилл.

Лучше быть реалистом – я слаб. Чертовски слаб!!

Почувствовав, что мне уже лучше, я опустил глаза ниже и увидел, что на животе, над которым поработал «директор», появилось грозное число, словно вытатуированных на моей бледной коже. Триста восемьдесят шесть.

– Это твоё новое имя. – Глумливо заметил садист, наклонившись к самому моему лицу.