Брошенная колония

Угроза, которую несет предмет, находящийся, надеюсь, еще у меня, коснется всех: и вас, и княжества, и даже отшельников.

- Ты говорил, - задумчиво произнесла Мила, - тебе хорошо со мной?

- Хорошо, - улыбнулся Демидов, проводя рукой по ее ноге. - Было бы плохо, все закончилось бы первой ночью.

- Тогда возвращайся.

От подобного Видок просто опешил, похоже, эта молодая женщина прикипела к нему и довольно сильно. Неужели она влюбилась? Меньше всего он хотел разбить ей сердце.

- В живых бы остаться, - постарался он уйти с темы, - там такой замес назревает, от таких, как я, полетят клочья.

Я не буду загадывать, может, и вернусь.

Мила поняла, что другого ответа ей не получить, грустно вздохнула и легла рядом, положив голову на плечо.

«Блин, как бы с Тамарой разборки не вышло, - подумал Игнат, - нехорошо это».   

Глава восьмая. По вольным землям

Все предыдущие дни ведьма готовила зелья для дочери. Надо сказать, это был впечатляющий запас, такого Игнат себе позволить не мог, то, что Мила убрала в свой сундучок, стоило не меньше пятидесяти золотых.

Выезжали на рассвете. Мелкий моросящий холодный дождик не прибавил Игнату настроения. 

Вечером был тяжелый разговор с Тамарой. Мила уехала в «город» за одеждой для Демидова, то, что было на нем, пришло в полную негодность, даже сапоги пострадали от жара портала. Уцелела только кольчуга и разгрузка с опустевшими магазинами, шесть рунных патронов, рунный нож и железные наручи, ну и, конечно, главное сокровище - батарея от винтовки с руной.

Вот и все, что осталось. Игнат, вооружившись кинжалом, срезал с поврежденных сапог накладки из чистого железа.Видок как раз перекладывал рюкзак, когда за спиной тихо открылась дверь.

- Хотите о дочке поговорить? - не оборачиваясь, спросил он.

Ведьма прошла и села на кровать.

- Правильно догадался. Останься, зацепил ты ее. Вроде уже взрослая и обжигалась не раз, а вот на тебе снова погорела. Но я знаю, ты ведь не останешься?

Демидов кивнул.

- Не останусь, - этот диалог напоминал то, о чем они говорили с Милой ночью.

- Ты ведь знаешь, что я уже не принадлежу себе. Руна эта гребаная, магичка одержимая, война грядущая...

Тамар вздохнула.

- Я знала, что ты так скажешь. Я предупреждала ее, но она отмахнулась. Молодежь всегда думает, что знает все лучше. Ну почему ты ее не отшил а? Ну позлилась бы она пару дней, и все.

-  Она была убедительна, - хмыкнул Игнат, вспомнив, как девушка пришла к нему в первый раз.