Брошенная колония

И эта мысль принесла покой в его разорванную душу.  

- Будь ты проклят, - раздался за спиной женский голос. - Она убила дочь старосты, навела на нее чары.

Игнат не обернулся.

- Ты лжешь, - ответил он и вскинул винтовку, стрелял не глядя, на голос, и попал, во всяком случае, предсмертный хрип и падение тела сказали ему, что все кончено. 

Багги почти бесшумно тронулась с места, унося его от полыхающей деревни. Пусть горит, как сгорела его любовь. Игнат похоронил Анну глубоко в лесу на чудесной поляне, полной фиолетовых цветов, которые прекрасно звенели под порывами легкого ветерка.

Никто не узнал, что случилось в этой маленькой деревне, не задавал ему вопросов, не тыкал пальцем, крича «убийца»...

- Игнат, ты слышишь меня? - пробился через звон цветов голос Милы, она была встревожена не на шутку. - Что с тобой, ты вообще здесь?                       

- Помолчи, и просто отвези меня назад.

Мила растеряно замерла, она, видимо, хотела что-то сказать, но передумала.

Молча пристегнув ремни, девушка завела багги и, не торопясь, поехала к ферме, до которой рукой подать.

Весь вечер Игнат был мрачен. Вернувшийся к ужину Тавр пытался поговорить с ним, но егерь отвечал односложно, общими фразами, и он отстал. Не преуспела и его жена Олена, высокая полноватая женщина лет пятидесяти. Развернуто он ответил только на один вопрос работодателя.

- Когда идешь, и что тебе еще нужно? - спросил хозяин фермы, глядя на Демидова в упор.

- На рассвете, - нехотя произнёс Игнат. - Меня отвезет Мила, потом вернется. С собой нужна только провизия, еды на три дня, что-то не тяжелое, вяленое мясо, крупы немного, котелок небольшой не помешает, свой я потерял, хлеба или сухарей. Есть слабое яблочное вино?

Тавр кивнул.

- В одну флягу его, в другую воду, - продолжил Видок. - Больше ничего не нужно.

-  Лара, собери необходимое, - приказал хозяин фермы.

Через десять минут принесли припасы.

Прикинув на глазок запас продуктов, Демидов пришел к выводу, что этого должно хватить.

- Спасибо, - он окинул взглядом собравшееся в гостиной семейство фермера, - увидимся через три дня. Мила, жду тебя утром у крыльца, светлеет часов в пять.

Дочка ведьмы кивнула, но Игнат уловил неуверенность, откуда она взялась во взгляде ловчей, было непонятно.

- Вот, возьми, - Мила протянула ему специальную кожаную сумку, на которую были нанесены руны заморозки.