Слесарь 4. Книга 1-2

Понимает, что инициатива в нанесении ударов рано или поздно скажется и количество перейдет в качество. Вообще не дает без ощутимых потерь выйти на ближнюю дистанцию, поэтому я жду, когда его запал иссякнет и он немного замедлится.

Пришлось воспользоваться промашкой с лишком размашистым ударом и охладить его очень уж боевой пыл. Когда его голова оказалась близко от меня, я быстрым и хлестким ударом в область виска усадил парня на задницу и тут же с ноги пробил в голову, вырубив соперника надолго.

Дико шумевшая публика непонимающе замолчала, не понимая, как так без кучи ударов один из бойцов уже почти победил.

Но вскоре зашумела снова, требуя прикончить проигравшего. Я даже вернулся к секунданту:

- Что, обязательно его добивать?

На что получил удивительный по ясности ответ:

- Можешь и не добивать, тогда через десять минут добьют тебя самого. Хотя можешь дать ему прийти в себя и снова начать поединок. Но это будет глупо выглядеть, так не делает никто.

Пришлось вернуться к так и не очнувшемуся до конца сопернику, накинуть ему локоть на шею и преодолев слабые попытки вырваться из захвата, медленно, но верно придушить его.

Пока руки и ноги соперника совсем не затихли после продолжительной пляски умирающего человека.

Это уже второй человек, убитый лично мной в этом мире, если не считать подавленного лошадьми и телегами жулика в первом городке. Душить, конечно, морально значительно тяжелее, чем одним ударом сгоряча проколоть живот, но когда хочешь выжить под крики огромной толпы, это уже не так существенно, руки не дрожат и делают свое дело.

Под продолжающиеся крики и топот ног я вернулся к секунданту, показавшемуся мне самым тут нормальным и спросил:

- На сегодня все?

- Да, все, теперь ждешь нового бедолагу, - пробормотал мой помощник и выдал мне мои вещи из корзины. - Поздравляю тебя с первой победой.

Я оделся и вскоре те же рыла, что вели меня сюда, отконвоировали меня обратно на улицу, по которой изначально двигался мой караван, давно уже уехавший впрочем. Там мы прошлись дальше, где-то с километр в сторону центра города, и через пару минут завели меня в подвальное помещение, где пахнет страданиями людскими и болью, стоит несколько клеток разного размера и на входе дежурят хорошо вооруженные молодцы.

Главный из конвоиров дал мне характеристику, из которой я услышал и разобрал только: - Рассчитался наполовину.

Меня записали в местную книгу учета узников и подтолкнули в одну из клеток, после чего закрыли дверку за спиной.