Игры теней. Партия начальная

Налево, над залом был коридор и двери в комнаты гостей, одна из которых сейчас была распахнута наружу. Из неё с рёвом вылетел гость, впереди которого задом отступал, или, скорее, семенил Дачс.

– Сам решился, или подсказал кто, ночью у меня пошарить? Говори! – рявкнул постоялец.

Он прижимал содержателя постоялого двора к стене, упираясь в горло локтем левой руки, в которой держал саблю, так и не вынутую из ножен.

– Тебе уже не важно, – прохрипел Дачс и ударил гостя ножом бок.

Петр отчётливо видел удар, до противников было не больше двух – трёх метров, но нож скрежетнув по чему-то под рубашкой скользнул, не нанеся никакого ущерба противнику.

Удивиться Дачс не успел. Гость двинул правой рукой, которая была закрыта от Петра его телом и изо рта хозяина гостиницы плеснула кровь, он захрипел, и когда гость отшатнулся от него назад, сполз по стене. Впрочем, победитель рано расслабился. У него за спиной возник сын хозяина, то ли не успевший войти в комнату, то ли страховавший отца в коридоре. С криком: – «Отец», он ударил убийцу дубинкой по голове. Гость рухнул ничком, раскинув руки. Выпавшая из левой сабля оказалась не более чем в метре от Петра, чем тот и воспользовался. Клинок с тихим шорохом выскользнул из ножен.

– Брось оружие и помоги мне, – сын Дачса махнул дубинкой.

Даже когда остриё сабли, обойдя финтом дубинку, вошло ему под подбородок, он, похоже, не поверил в происходящее. Глаза смотрели на того, кто его убил, с удивлением, пока не потускнели и не закатились.

Пётр выдернул клинок, и тело упало на пол.

Пётр проверил Дачса и гостя. Хозяина гостиницы просто для страховки, у него под рёбрами торчал кинжал, вошедший по рукоять, но лучше всё равно убедиться. А у гостя оказался проломлен череп. Видимо дубинка была не простой. Взвесив в руке и осмотрев, Пётр удостоверился, что в дубинку залит свинец. Отец с сыном были хорошо подготовлены к встрече гостей.

Петру не давал покоя ещё один вопрос. Его снедало любопытство, как отец с сыном открыли дверь с засовом изнутри, и почему, дверь распахнута наружу.

Остальные двери, судя по коробкам и наличникам открывались внутрь комнат.

Оказалось, что дверь вывешена на круговых петлях, и сейчас на ней повис один из косяков, прижатый засовом. А рядом у стены лежали три фальшивых скобы, крепившие фальшивую часть коробки к стене, они лоснились от масла, и без сомнений легко выдёргивались из отверстий.

Гаспар Кадрусс был просто невинным ребёнком по сравнению с Дачсом.