Игры теней. Партия начальная

Грете – старухе, прибирающейся в доме отца, давно пора на покой. А эта радовала бы глаз днём, и захаживала повеселить ночью. Отец вряд ли откажется… Хотя я в костюме кавалерро, а пойдёт ли она к купцам?»

И тут же вспомнил: – «Какой отец, он умер больше десяти лет назад». И вообще, зачем горничная, при чём тут горничная в квартире – чушь какая. Чужие люди в доме для Петра были совершенно неприемлемы. Сначала из-за работы, а потом это стало второй натурой, к тому же оружие, бумаги.

Откуда вообще эти странные мысли о каком-то отце, доме? Как каком-то, поправил он сам себя, Панкрац – известный купец, а он Петер, его сын, и тоже станет со временем купцом, если это случайное знакомство с гвардейским лейтенантом, которому удалось так неожиданно потрафить…

Скорее всего Пётр справился бы и сам, как отличный аналитик он уже был близок к пониманию происходящего, и начал жестко и уверенно вспоминать себя, и одновременно выдавливать не вовремя всплывшую в голове личность Петера.

Но девушка, которой надоело ждать схватила его за руку и прижала к своей груди.

– Неужели я не нравлюсь кавалерро? Или он любит только смотреть?

Голос девчонки с проскальзывающими капризными нотками мгновенно отрезвил Хайбера. Такое могло привлечь Петера, а для него наваждение рассеялось. Остались он и она и… желание. А краткий миг чувственного всплеска, позволивший проявиться сыну купца Панкраца, прошёл. Или Пётр выдержал испытание вспомнив себя.

И почти сразу ослабело захлёстывающее разум вожделение.

Желание осталось, но уже удавалось держать себя в руках. А вдобавок, что-то случилось со зрением, теперь тени почти не скрывали подробности обстановки, а присмотревшись, можно было отчётливо различить ранее только угадывавшиеся детали.

Всё это необходимо осознать и как-то уложить в голове. Вот только и о гостье забывать не стоило. Ещё немного, и она убежит. А поутру не дай Бог расскажет подружкам, да мало ли кому, про странного, с уклоном в полную невменяемость постояльца, который впадает в ступор при виде голых женщин.

Через некоторое время раскрасневшаяся и растрёпанная девчонка, прижимаясь к его плечу со смешком щебетала, что она, Кайт, приходит в номера не из-за денег, хотя они тоже не лишние. Ей нравится. Нравится быть желанной, а ещё представлять себя другой. С купцами купчихой, но лучше с кавалерро. А ещё у неё есть мечта понравиться какому-нибудь дворянину настолько, чтобы он забрал её с собой.