Клык Дракона

Хотя, уверен, у кого-то могут происходить и несколько иные коллизии – жизнь штука сложная. Сны – штука, соответственно, загадочная, и у разных людей обладает разной степенью достоверности и кошмарности…

А бывает пробуждение от падения. В том разрезе, что вот ты спишь и видишь сны, а через мгновение уже щупаешь морду лица, онемевшую от удара о горизонтальную поверхность – и хорошо еще, если твое место не на верхушке двухъярусной кровати.

Естественно, это лишь незначительная часть пространного списка крайне неприятных по тем или иным причинам пробуждений.

Я, например, недавно дополнил его выстрелом в голову.

Вот и этой ночью стряслась побудка по аварийному варианту.

Сперва показалось, что я вырван из приятного покоя царства Морфея собственной неаккуратностью, ибо лицо ныло ровно так, как и после падения с верхней полки купе поезда Москва-Новосибирск с точным приземлением на крышку стола торцевой частью физиономии. Однако, нащупав под пальцами листву и влажноватую грязь, быстро припомнил все, что имел неудовольствие пережить в последние несколько дней.

Только после открыл глаза, уже не ожидая ничего хорошего.

Насколько можно догадаться, мне прилично засветили по морде. В неярких отсветах костра сразу удалось разглядеть неясные темные фигуры, явно превышающие своими размерами габариты обычного человеческого роста и объема. Находились они на приличном расстоянии от места моего залегания, на самой границе освещаемого еще теплящимся костерком пространства.

Сердце екнуло.

На лбу выступил противный липкий ледяной пот. Сперва показалось, что это те самые черные всадники-привиды, атаковавшие старую корчму, ставшую для меня местом знакомства с новой действительностью. Захотелось взять ноги в руки и потеряться где-нибудь подальше от столь недружелюбной компании. Потом начала, хотя и с трудом, работать голова.

Всадники?

Подвернувшаяся идея вкупе с более-менее приглядевшимися к ночному сумраку глазами помогли определить незваных визитеров как верховых.

А доносящиеся до меня характерные звуки, типа фырканья и негромкого звона упряжи, и запахи подтверждали мысль о том, что совсем недалеко расположилось несколько лошадей. Соответственно, и габариты ночных гостей стали понятны.

Я еще не успел окончательно прийти в себя, как надо мной склонилось озабоченное лицо незнакомого человека. Им оказался довольно молодой, лет, может, шестнадцати-семнадцати на вид, парень, короткостриженый, светловолосый и ясноглазый.