Клык Дракона

Уловил только, что всякие Брахмапутры с Кетцалькоатлями обольются горючими слезами от зависти, что такое лихо закрученное прозвище досталось не им.

Короче, изловить представителей попавшей под гонения конфессии предстояло моим спутникам. Ну и мне, раз волей судьбы меня занесло к ним в компанию.

Строя предположения о том, где искать этих чернокнижников, мои товарищи пришли к выводу, что для магических экзерсисов лучшим окажется некое место, расположенное в глубине Навьей пустыни. Куда теперь наш немногочисленный отряд и топал, натужно пыхтя под весом тяжелой поклажи, заботливо оставленной нам заглянувшими на огонек Стражами.

Когда после трехдневных плутаний по чащобам мы внезапно оказались на каменистой площадке, словно проложенной среди леса выстрелом фантастического лазера, в сердце поселился неуютный комок. А в голове забубнило, что пора бы валить отсюда. Но спустя мгновение я увидел поразительную картину, раскинувшуюся над головой. И забыл, о чем думал до этого.

Часть вторая. 9

– Почти пришли…

Эти слова Ашаб, почесав макушку, произнес не слишком уверенным тоном после того, как спустя часа три нудного марша по каменистой просеке среди омертвевшего леса стены деревьев внезапно расступились, открыв взору членов нашего мини-отряда огромную поляну.

Хотя такое наименование не совсем подходит — это была именно пустынь, ну, если по-иному, то пустошь.

Огромное, совершенно ровное пространство, ограниченное со всех сторон угрюмыми чащобами. Предположительно, натуральное древесное ограждение образовывало замкнутое пространство непонятной формы — по изгибам уходящих за спиной и в стороны стен леса определить геометрию этого природного образования оказалось затруднительно.

А «предположительно» потому, что дальнего предела пустыни видно не было вовсе — то ли из-за отдаленности, то ли из-за рельефа, который мог быть и не столь ровным, каким казался. А возможно, по причине сумерек, которые даже льющийся с ночного неба звездный свет рассеять был не в состоянии.

Поэтому предполагаемые очертания каменистого поля, раскинувшегося перед нами, я мог рисовать только в собственном воображении.

А оно мне, надо сказать, подкинуло немало занятных идей, одна другой хлеще. Вплоть до того, что если шагать прямо и не останавливаться, то получится дойти до самого края, где твердь земная смыкается с небесным куполом, — уж больно выразительно рассыпавшаяся над головой мелкой сияющей крупой звездная дорога изгибалась, устремляясь к горизонту.