Клык Дракона

Девчонка высоко вскрикнула, резко вывернулась из моего захвата, тряся вдруг почерневшей, словно хватанула раскаленный уголь из костра, ладошкой. Яростно прошипев что-то сквозь зубы, красотка, впрочем, уже утратившая все привлекательные черты, отскочила на пару метров назад. Затем, баюкая поврежденную конечность, попятилась. И спустя пару секунд драла деру, предварительно повернувшись ко мне спиной, чего прежде себе не позволяла.

К счастью, не позволяла, ибо открывшая мне картина заставила меня спешно опорожнить желудок.

Сзади у скрывшейся где-то среди непроглядных зарослей девушки (хотя едва ли это существо возможно так назвать!) не было кожи, как, впрочем, и мышц. От слова «совсем». Поэтому представшая моему ошарашенному взору отвратительная картина оголенных внутренностей, склизких и сокращающихся, подобно жирным червякам, что вот-вот начнут вываливаться из сгнившего тела на землю, оказалась для меня полнейшей неожиданностью.

Кажется, я о чем-то подобном когда-то читал по роду своей деятельности.

Только вот, стоя на карачках и судорожно пытаясь отдышаться после тяжкой рвоты, вспомнить никак не получалось. Да и не до того было. В голову внезапно пришло озарение, что таких «красавиц» в этом недобром даже с виду лесу может оказаться гораздо больше одного экземпляра.

– Фух, мы уж думали, ты с концами пропал…

Я удивленно поднял голову.

Часть вторая. 10

– Руки выше держи, чтоб тебя! — Ашаб злобно сплюнул, в очередной раз приголубив меня по и так уже, казалось, звеневшей от все повторяющихся раз за разом ударов по ней голове.

И сделал это этот краснобородый садист вовсе не кулаком, как можно было бы подумать. А вполне себе увесистой палкой, игравшей сейчас роль меча. Вторая такая мгновение назад была выбита из моих рук и отправилась в полет.

Сбив меня ловкой подсечкой с ног, рыжий буркнул: «На сегодня все», — после чего отошел в сторону. А я остался валяться на прохладной, еще не успевшей с ночи нагреться под лучами только карабкающегося из-за верхушек далекого леса солнца, земле, пытаясь отдышаться.

Чему, стоит признаться, легкие, пылающие огнем от напряжения противились.

Тренировками мы с Ашабом, пытавшимся вбить в меня хотя бы самые примитивные навыки владения здешним оружием, впрочем, пока не слишком успешно, начали заниматься на следующее утро после того памятного дня, когда уже успевшие попрощаться со мной мужики внезапно обнаружили меня сидящим на карачках подле лужи собственной блевотины.