Клык Дракона

Слова звучали напевно, красиво, но понятней не становились. «Это нечестно, - подумал я. – В своих собственных видениях быть не в состоянии понять, о чем говорят. Даже языка, на котором ведется беседа, не знать». Неизвестно, кому я адресовал свои возмущения, скорее, просто пожаловался самому себе, как неоднократно делал, когда никаких способов воздействия на ситуацию придумать был не в силах. Подействовало ли это или была на то иная причина, но я вдруг осознал, что понимаю, о чем ведут разговор невидимые собеседники.

- Такая буря. Давно такой не было, - произнес голос высокий, с визгливыми, но не раздражающими обертонами.

- Это к худу, - пробасил кто-то ему в ответ.

- Думаешь, придут? – снова первый.

- Не знаю, но может быть… - бас откашлялся. – Надо было не останавливаться здесь, а до города добраться. Таверна – стены хлипкие. Не выдержат, если что.

- Погоди, - визгливые нотки стали четче, - Их так давно не было. Может, не осталось уж ни одного.

- Может, и не осталось, - согласился второй, но в голосе его прозвучала уверенность в обратном.

– Как знать. На то воля высшая.

- Это да.

Голоса замолчали. Доносились еще какие-то возгласы, словно в комнате кроме меня и этих двоих были другие люди, причем, человек пять-шесть, если не больше. Но их говор доносился издалека, наслаивался, создавая лишь неразборчивую какофонию. Я стоял, боясь шелохнуться, надеясь, что странный разговор продолжится.

- Смотри! – вдруг заорал визгливый.

Я услышал, как задвигались столы, затопали по полу ноги, устремляясь к окну, за которым бушевала гроза.

Несмотря на грохот, в комнате никаких изменений не наблюдалось – все предметы по-прежнему стояли на своих местах. Поддавшись внезапному порыву, я снова посмотрел в окно, надеясь, что и мне удастся увидеть то же, что и невидимым собеседникам.

Стекло заливала вода, сквозь нее трудно было уже что-то различить. Я потер поверхность окна изнутри, но, поняв, что глупо поступаю, спохватился. На миг порыв ветра сдул в сторону пелену дождя.

По ту сторону окна вдруг различил несущиеся с невероятной скоростью силуэты страшных зверей, которых мне прежде не доводилось видеть в своей жизни. Я сумел рассмотреть только первого из множества: сплюснутая с боков туша, чем-то похожая на кабанью, но вместо шерсти – чешуя; огромные клыки в оскаленной пасти, сверкающие в частых сполохах молний; и огромные, налитые нечеловеческой злобой, полыхающие ярким желтым огнем глаза.