Век героев

Но мне нечасто доводилось видеть в глазах сражающихся такую черную ярость, какую я вижу в глазах Ификла всякий раз, когда он дерется! Его педотриб жалуется, что ему все труднее находить смельчаков, согласных встать против Ификла на тетрайоне: слишком часто твой сын ломает своим противникам ребра и крошит им зубы. Боги дали ему исполинскую силу, полемарх, но не научили, как пользоваться этой силой, и мне тоже никак не удается его этому научить...

– Я не понимаю тебя, Кастор, – нетерпеливо перебил Диоскура Амфитрион.

– Да, это правда, – согласился Кастор. – В детстве я часто дрался, а еще чаще дрался мой брат Полидевк... Но я никогда не нарывался на драку с братом только из-за того, что он был рожден от Зевса, а я – от смертного, и мы с Полидевком никогда не кромсали боевыми мечами свинью с поросятами просто так, ради забавы!

– Я давно хотел кое о чем тебя спросить, – после длинной паузы проговорил Амфитрион.

– Спрашивай, полемарх. Я отвечу на любой твой вопрос – правда, только за себя, а не за своего отца.

– Я знаю, вы с братом очень близки... Но скажи мне вот что – твой брат Полидевк, сын громовержца Зевса, когда-нибудь помогал оборванцам вытаскивать из уличного водостока застрявших там свиней? И он когда-нибудь возился, как девчонка, с увечными щенками и выпавшими из гнезда птенцами? И раздаривал в детстве свои игрушки соплякам служанок и рабынь? Что там игрушки – в моем доме давно уже никто не смеет как следует наказать провинившегося раба, потому что Алкид запретил использовать кандалы, истрихиду[5] и ксолон, запретил именем своего отца Зевса! Скажи, Кастор, твоему отцу приходилось когда-нибудь выслушивать от мальчишки, которого он воспитывал, как собственного сына, что тот запрещает ему делать то-то и то-то именем своего эгидодержавного отца? Такое когда-нибудь случалось в вашем доме?!

В выкрике Амфитриона прозвучала такая ярость, что Иолай невольно вжался в колонну, за которой стоял.

– Нет, Полидевк никогда ничего подобного не делал, – медленно проговорил Кастор, и щелканье его сандалий смолкло. – Но ведь Гераклу суждено сделать много такого, чего раньше не делал ни один человек! Не забывай, полемарх, твой старший сын должен стать героем, не равным всем другим когда-либо жившим на земле...