Век героев

– Радуйся, Хирон!

– Радуйся!

– Чему я должен радоваться? – прервав хождение по пещере, громогласно вопросил Хирон. – Тому, что эта девчонка ни с кем не желает считаться? Тому, что она вытворяет все, что взбредет в ее взбалмошную голову? Этому я, по-вашему, должен радоваться, да?!

Иолай и Геракл не ответили на риторические выкрики наставника: они с разинутыми ртами смотрели на существо, которое топталось в солнечном пятне рядом с очагом.

У существа были четыре длинные хрупкие ножки, заплетенный в косичку пышный хвост и низкая челка над большими заплаканными глазами.

.. Эти глаза горестно взглянули на замерших у порога мальчишек, и Иолай быстро спросил:

– А что она такого сделала, Хирон?

– Ничего особенного, – язвительно ответил старый кентавр. – Просто без спросу явилась сюда из Фолои! Я вообще не понимаю, каким чудом ты сюда добралась?! – возопил он, поворачиваясь к девочке-жеребенку. – Как ты сумела пробежать через пол-Эгиала, через всю Аркадию и Истм? Как тебя не разорвали по дороге волки, не съели медведи, не изловили люди? А люди могут сотворить с ребенком кентавра такое, что никогда даже не приснится медведям или волкам!.

.

Девчонка испуганно попятилась от разбушевавшегося Хирона. Она и вправду была еще совсем ребенком – худеньким ребенком-жеребенком с узловатыми коленками длинных нескладных ног, с тощими исцарапанными руками, с плоской мальчишеской грудью, которой еще не нужен был мастодетон[1]... На ее хрупких ключицах лежало ожерелье из красных ягод, в короткую косичку ее хвоста была вплетена узкая красная ленточка.

– Ну дедушка, ну со мной же ничего не случилось! – жалобно всхлипнула она. – А раз меня не поймали, не разорвали и не съели, значит, все хорошо, да?..

– Да уж, конечно, все просто чудесно, лучше и быть не может! И что мне теперь с тобой делать, скажи на милость?

– По-моему, надо ее накормить! – решительно высказался Геракл.

– Она уже поела, – отмахнулся от него Хирон. – Выкупалась, выспалась и еще раз поела! Но что теперь.

.. Ах, да! – спохватился он. – Меланиппа, познакомься – это мои ученики, Геракл и Иолай. А это – моя внучка Меланиппа... Еще одно мое наказание на старости лет!

– Дедушка-а, я больше не буду-у...

– Ты что, и вправду прибежала сюда аж с Пелопонесса? – восхищенно воскликнул Иолай. – Вот это да!

Хирон вскинулся от этих слов, как от внезапного укуса шершня.

– Ну да, конечно! – круто развернувшись к Иолаю, рявкнул он.