Дети Импульса

Оставлял пустоту, которую планета не могла восполнить. Случайно столкнувшись с бешенством димпа, часть безвестного мира погибла, так и не родившись.

Когда счетчик бэргов достиг восьмого десятка, Николай замер. Хватит! Неконтролируемые чувства, разрывавшие сознание, выплеснуты. Пора откланяться и перебраться в безвестный тихий уголок, где спокойно обдумать дальнейшие планы.

Короткий взмах пробудил червоточину перехода, что вспыхнула, коснулась изваяния лорда и... свернулась в череду затухавших всполохов-огоньков.

На сей раз точка прибытия располагалась в черте шелестящего прибоя. Николай торопливо отступил прочь - на шаг, два, в податливые барханы песочного крошева. Следом накатила волна. Широким полукругом пригладила песок, схлынула безвредными ручейками, затемняя пляж...

Губы димпа искривила усмешка. Он представил Мег на месте вулканического мира. Картинка желанная до дрожи - вспышка, вуаль тьмы, вселенская судорога и нет великого города. Видение яркое, как леденец. Но то лишь кусочек паззла, а в апогее - лелеемая Т’харом семья, что по мере сил и в полном составе оказала Эдэе поддержку.

Марионетка.

Забавное и необидное слово. Николай глубоко вздохнул: он не прикончил Эдэю лишь потому, что хотел паззл целиком. Жрать так жрать; пусть ответят скопом. Массированная атака ладоржской обители и ликвидация участников спектакля – просто вишенка на торте...

Он удовлетворенно кивнул возрожденной цели и обратил внимание на зарисовки приютившего мира.

Серая полоса пляжа. Мерные колыхания водных просторов лизали изъеденную штормами насыпь, что тусклыми наплывами тянулась к подножию скальной гряды. Над островерхими каменными зубьями плыли серые тучи. Среди камней виднелись бурые пучки водорослей и осколки неведомых раковин. Равномерный плеск играл с тишиной.

Дезактивировав шлем, Николай подставил лицо слабому ветерку. Свежести немного, но лучше, чем фильтрованный суррогат.

Изменился звук - привычный ритм шороха...

Ладонь димпа коснулась эфеса меча. Метрах в тридцати от берега длинной малахитовой лентой слева направо перетекло нечто гигантское, с шипастым спинным плавником.

-Хорошего дня. - Опустошитель кивнул расходившимся кругам. Плюхнулся на песочную подушку и спустя минуту напряженных раздумий извлек из ткани Средоточия бутылку красного вина и два фужера.