Дети Импульса

Но минутная слабость легко контролируема теми, на чьих плечах лежит ответственность за безопасность Системы.

-Это точно Ник? - задал Гранатов самый актуальный вопрос. Заметил, как вздрогнула Эдэя, и пояснил: - Имею ввиду, он сильно изменился, не исключена ошибка… Ты уверена?

-Да, - глухо ответила женщина. Она боролась – даже сейчас, в относительном спокойствии апартаментов начальства.

-Ты мне так и не объяснила… - Мар предупредительно поднял руку. – Не дергайся. Расскажешь, если захочешь. Но судя по внешности Ника…

- Он вернулся оттуда, откуда вернуться невозможно.

-А если мне поговорить с ним?

-Нет, просмотрите записи. Реакция на прошлое непредсказуема и крайне негативна. – Кормчая не собиралась рисковать, но без помощников не обойтись. Гранатов понимал это.

-Предлагай. – Его лицо лучилось участием. – Вижу, запаслась ФЛ-картой…

-С точки зрения медицины, Ник здоров. – Эдэя досадливо повертела в пальцах фиш. – Хрень! По мнению электроники он в абсолютном порядке, точно его состояние - распространенная земная норма.

-Где он сейчас? - Гранатов попытался проникнуться проблемой. И вынужденно признал, что подобная специфика не для него. То вотчина профессионального психолога…

-Поместила в изолятор. Временно, - подчеркнула женщина. – Ему необходимы смена обстановки и квалифицированная э-э… сиделка. Меня он не подпустит. – От слов дыхнуло горечью. День потускнел. – Помнится, за ним присматривала доктор Фэль?

Эдэя внутренне поморщилась: уколы ревности, что издевательство.

-Не вариант. – Гранатов повернулся к окну. – НИИПС-СВ не отпустит. У них срыв программы: системы летят одна за другой. Застрявшие в контакт-мирах агенты и прочая, прочая, прочая…

Кормчая задумчиво кивнула: вторжение Хаоса оставило темную печать на многих аспектах бытия. Миры Средоточия еще не скоро придут в норму, их участь – делиться отголосками глобальной катастрофы.

-Переговорю со Стэллой. Думаю, она не откажется предоставить нам свой загородный домик и посоветует специалиста.

-Память - наш единственный союзник.

За окном весело пропела неведомая пичуга. Часы, растворенные в синеве неба, алым бликом отметили время. 12:45.

***

Шестью часами позже.

Он очнулся. Но разницы нет – пребывать ли в темноте, за плотным экраном безволия, созерцать ли реальность… Они одинаково непонятны замутненному разуму. Странное чувство – названный Гээллом приподнялся.