Живущий вопреки

Будто понимая, что мама умирает они жалобно запищали рядом с ней, толкаясь в нее мокрыми носами. Один из них, наиболее крупный и такой же белоснежный как мать-волчица, подошел ко мне стоящему на корточках и прижимающего руки к порванному боку боровшейся до конца за свое потомство до конца самки.

- Может добьем? – Сказал не слышно подошедший стальной гигант, наконец то выбравшийся из малинника. – Жалко. Только мучатся будет зря. С такими ранами в природе не живут.

- Нет, - сказал я, вспоминая тот момент, когда смог подлатать свое бедро, попорченное дальними родственниками умирающей на моих руках красоты.

Закрыл глаза и скользнул внутренним взором в свою энергетическую систему настраиваясь на будущее лечение.

интерлюдия

Айона принюхалась к воздуху, не аккуратно шевельнувшись в своем логове и сбросив с сосков не довольно запищавших детенышей. Только один, такой же белоснежный как и сама хищница, щенок ловко умудрился удержаться за мамкину сиську.

-Хорошим вожаком вырастет, - с гордостью подумала гораздо более умная, чем обычные животные, волчица.

Айона все чаще вспоминала то время, когда она была совсем обычным животным. Хотя и воспоминания были не четкими и будто поддернутыми дымкой, но в то же время бесконечно важны для нынешней грозной волчицы Запределья,. Ее маленькой, все тише пищавшей в осиротевшем логове, подобрал до того не знакомый странный двуногий. Что случилась с пахнущей уютом и молоком мамой, она так и не узнала. Ее братья и сестры по помету оказались слабее, и не дожили до прихода неожиданного спасителя.

Он же кстати и назвал ее Айоной. Этим именем она называла себя до сих пор с теплотой вспоминая двуного, который заменил ей пропавшую мать. Он долго был с ней в глухих лесах далеко к юго-востоку от этого странного места где она оказалась абсолютно случайно после того как ее воспитатель умер в своей деревянной норе, где жил вместе с белоснежной волчицей в абсолютном одиночестве. Наверное, именно поэтому тот человек и привязался к ней.

Айона долго не уходила после смерти своего воспитателя и тоскливо выла. Так по-волчьи она, оплакивала единственное родное существо на этой земле, покинувшее ее. С того места ушла только после того как проголодала больше недели. Волчица, будучи тогда еще простым животным, подчинилась инстинкту бросившего ее на поиски пищи. С каждым днем и новой охотой удаляясь все дальше и дальше от места своей той жизни с двуногим в деревянной норе.