Нижняя Москва. Война на уничтожение

– Надо было выбирать Венцеслава. Он безвылазно сидит в Москве.

Гюль тут же заткнулась. Сестрица Ляле, будущая княжна Руси, совершенно не выглядит счастливой. Муж как женщиной ею не интересуется. Зашел в спальню в первый день, и на этом все. Для зарождения наследника у нее взяли яйцеклетку, выносит вообще кто-то другой, может, даже эйши.

Венцеслав – крайне странная личность. Некрупного роста, Артему чуть выше плеча. Хрупкий, картинно изящный. Ауру не разглядеть, даже эмоции, если они вообще есть. Молчит, как будто постоянно о чем-то думает.

Часто ходит наверх, но не более чем на пять-шесть часов.

Сестру остается только пожалеть. Свекровь, жена Всеслава, ее также не жалует. Инородка, мусульманка. Брак чисто династический, и его значение скоро сойдет на нет, лишь только сотрутся последние воспоминания о когда-то имевшем место суверенитете Крымского Татарского ханства.

Артем, получивший, наконец, два просвета на погон и майорские звезды, понимал нездоровость атмосферы в Серебряном Бору лучше многих.

– Можно, без тебя я поеду к маме, в Бахчисарай?

– Исключено. Останешься в Новгороде Великом, под присмотром сестры Эрики. Мама может приезжать туда сколько ей вздумается. Заодно подлечится.

Собственно говоря, можно уже не приезжать, а прилетать. Крупнейшие города Руси – Москву, Тверь, Рязань, Ярославль, Новгород Великий, Новгород Нижний, Казань, Минск, Киев, Псков, Смоленск, Бахчисарай – связали первые авиалинии, мигом вытеснив «цеппелины» в нишу грузовых и особо дальних перевозок. Русская авиация начала свое развитие как сугубо гражданская.

Мобилизовать самолеты для военно-транспортных нужд – не проблема.

Под руководством сестры и тетушки Гюль решает для себя жизненно важную проблему: как мусульманке выжить среди язычников. Бог един, имя ему – Аллах. Но могущество Рода не вызывает сомнений. Кто же он? Аватар Аллаха для славян? Почему же тогда ему не молятся пять раз в сутки, не соблюдают пост? Вопросов куда больше, чем ответов.

О какой-то религиозности можно говорить только применительно к сестре Эрике и ее коллегам.

Остальные относятся к местному Богу как… к стиральной машине, согласно инструкции. Хочешь то-то и то-то, нажми правильные кнопки, куда не надо – не лезь, убьет.

И главное, муж собирается уехать надолго. Понятно – служба. Но могучий неверный, жесткий, упрямый и недоверчивый вдруг стал в мире язычников единственной опорой. Когда он рассказывает и объясняет, все становится сразу понятно. Никогда не ругается, не грубит.