Нижняя Москва. Война на уничтожение

Увидев их впервые, Олег заметил:

– Когда мы были наверху, босс, встречали «Фольксвагены-Туареги», помните?

– Ты имеешь в виду, что паркетные внедорожники совсем не похожи на верблюжьих наездников? Плевать на логику, слово покупателям нравится – и баста.

Всадники на горбатых скакунах не быстры, не изящны и не блестят. Зато они невероятно выносливы и привычны к длинным походам по бездорожью. Верблюды работают с молодости до старости, когда большинство их автомобильных ровесников попало под пресс на свалках черного металлолома.

Доставивший их на границу армейский грузовик был гораздо ближе к настоящему туарегу. Артем спрыгнул на песок.

Как таковой границы нет в обычном понимании. Ни пограничных столбов, ни следовой полосы, ни магической или электронной сигнализации. Но водитель, по совместительству проводник, уверенно махал рукой на северо-восток, лопоча «Алжира-Алжира».

– Олег, за старшего. Обязательно подстрелите дичь для поддержания легенды. Не позднее чем через сутки быть в этой точке. Я ставлю маяк, у тебя есть магоскоп.

– Так точно. Удачи, босс!

Артем проверил снаряжение. Оружия минимум, привычный «вальтер» в кобуре, необходимый для изображения немагических убийств за границей Руси, накопители, вода, немного еды, надувной спальник размером с ладонь в сложенном состоянии.

Он удалился пешком километра на три. Ни единого живого существа, кроме случайной ящерки. Ветер заметает следы от высоких ботинок.

Один. Далеко за морем могучее княжество, сильнее большинства здешних империй, на правление которым у него некоторые права. Товарищи, которые могут поддержать, даже рискуя жизнью, тоже не здесь. Целая бригада с кучей приданной техники и спецназовским усилением плывет вокруг Британских островов, не заходя в Ла-Манш в целях скрытности. А он все равно один и может рассчитывать только на свои силы.

Нет связи. Спутниковая совсем бы не помешала, вот только постоянных спутников на орбите этой планеты нет, кроме Луны.

В Москве то же самое. Да, есть сестра и тетка, гораздо более способные в ворожбе. Но они – женщины, обе невоинственные и незлые. Уж тем более не примчатся в Сахару на помощь.

Болеслав, с которым только-только начал зарождаться контакт, погиб. Его младший брат в лучшем случае демонстрирует отчуждение, в худшем – не поймешь что.