Наемник

Эрик выругался. Сама она попасть под чепрак никак не могла. И тот, кто сунул туда эту колючку, рассчитал верно — какое-то время она лежала, беспокоя лошадь, но не причиняя резкой боли. Но как только Ингрид откинулась назад, оперевшись на заднюю луку, колючка шевельнулась, впиваясь в спину, и терпение животного лопнуло.

— А еще я думаю, — продолжала Ингрид, — что подобрали ее вовсе не для меня. И просто воспользовались случаем.

Глава 4

Хаук взял колючку с ладони Ингрид, покрутил в пальцах.

— Она могла зацепиться за штанину…

Девушка промолчала.

Хаук выругался.

— Кто?

Ингрид пожала плечами.

— И зачем, если, как ты говоришь, эту штуку приберегали для Аделы?

Она снова ничего не ответила. Хаук не дурак, сам поймет. Из дамского седла его жена вылетела бы сразу. Может быть, и не убилась бы, может, даже и без переломов обошлось бы, но тут загодя не скажешь, как и с лестницей. Но если бы рядом была охранница-одаренная?

Эрик догадывался, что Ингрид не успела бы поймать подопечную — она плела медленней и не так чисто, как он, предпочитая меч сложным плетениям.

Но никто из пустых не мог этого знать. Так что убрать сперва телохранительницу вполне разумно. Особенно пока второй одаренный торчит где-то далеко позади остальных, развлекая беседой господина, и не сможет ей помочь. Глядишь, потеряв подругу, он откажется от едва начавшейся службы, и все вернется на круги своя. Адела останется без защиты, ее муж — с неясными подозрениями, остальные — уверенными в неудачном стечении обстоятельств. Жаль, конечно, но все мы в руках Творца и на все воля Его…

Так что рискнуть стоило. И кто-то, рискнувший, умел быстро соображать и быстро действовать. Колючка действительно предназначалась для Аделы, но, увидев другую возможность, вредитель ее не упустил. Притом он обладал изрядной долей наглости, провернув дело на глазах у всех, и изрядной же ловкостью, потому что этого никто не заметил.

Кто именно? Да кто угодно.

— Теперь ты веришь Аделе? — спросил Хаук.

Эрик кивнул.

— Да. И теперь это стало личным делом.

Очень личным. Только вот как найти того, кто гадит исподтишка?

Хаук покатал колючку на ладони, о чем-то размышляя. Сунул Эрику.

— Сожги эту дрянь.

Эрик не видел в этом особенного смысла: трава и трава, такой везде полно, но спорить не стал. Зажег между пальцами огонек, испепеляя колючку.

Хаук снова ругнулся.

— Мало забот, так придется вставать на дневку, пока спина у лошади не заживет. Время потеряем.

— Зачем? — изумился Эрик.