Наемник

— Ну надо же… Забирает он…

Он заставил себя оборвать смех. Тяжело поднялся. Сверху вниз заглянул в глаза Коллю.

— Если считаешь это благодарностью за помощь — засунь ее себе… Я никуда не пойду.

Колль замер, глядя на него, явно ошеломленный. Ну еще бы, с чистильщиками никто не спорит. И никто не посмеет нарочито не обращать внимания на командира, даже если при этом возится с раненым его отряда

Только и Эрик вовсе не «никто». Он человек со свободной волей. Пусть его жизнь в руках Творца, но решать, как ее прожить, Эрик будет сам.

И никуда не пойдет. Но разобраться с этим нужно прямо сейчас, не втягивая ни людей Хаука, ни Ингрид, которые пока не сообразили, что тварь повержена, опасности больше нет, и держатся на расстоянии, как им и велели.

Хаук, скорее всего, согласится отдать его ордену, не дурной же он совсем, связываться с чистильщиками. Прикажет своим людям повязать Эрика, ведь сами чистильщики сейчас не в том состоянии, чтобы с ним драться. Эрик даваться не станет, Ингрид схватится за меч, и начнется бойня.

С предрешенным концом: несколько дюжин бойцов, пусть даже пустых, им вдвоем не одолеть, в чистом поле от арбалетного болта не убежать, а чтобы выплести проход, нужно время. Которого им никто не даст.

Значит, надо довести дело до края здесь и сейчас. Либо отболтаться, либо спровоцировать драку с чистильщиками. Может, отметелят и уйдут, сочтя слабаком.

Вот только Ингрид, опять же, не будет на это смотреть просто так. Вдвоем они, скорее всего, с двумя непокалеченными чистильщиками справятся, даже несмотря на то, что Эрик изрядно вымотан.

Положим, Хаук не будет вмешиваться, решив, что свары одаренных — не его дело. Только после того, как Эрик разделается с Коллем и Ларсом, придется добивать раненых.

Еще можно согласиться, просто для вида. Вдруг он здорово сглупил, сразу начав ерепениться? Впрочем, и сейчас можно сказать, мол, понял, что деваться некуда, пойти с ними. Каким-то образом дать понять Ингрид, чтобы не вмешивалась, это возможно, она быстро соображает.

И сбежать, как только выдастся случай — а он непременно выдастся, из четверых, что ходили в отряде, двое — ранены. Вот только в прошлый раз командир взял образец еще до того, как отправил Эрика собирать вещи. Колль тоже вряд ли будет тянуть. Дохлых-то тварей для образца — вон, полно.

Значит, опять-таки придется их убивать. Тех, с кем вместе только что сражался. А потом — раненых. Эрик не считал себя образцом добродетели, но подобное претило.