Царетворец. Волчий пастырь

Да еще и кто предлагал – сама богиня-покровительница!

Но то, что Алисия увидела на площадке, поменяло ее настрой.

Кайден только что впервые поступил не как полное ничтожество; не как порченый или сивый волк, как его называли вполголоса в салонах и среди своих тесных компаний. Поступил как человек Чести… если он, конечно, и в этот раз не соврал – похолодило ужасом спину девушки.

Ужасом не только от того, что она боялась личного унижения. Судьба Великого Дома Альба, в котором не осталось ни одного владеющего мужчины – зависит сейчас только от нее.

Ей уже восемнадцать, самая пора рассматривать женихов. Еще можно протянуть год-два, но дальше – если не будет объявлена помолвка, не только общество не поймет промедления, но и палата лордов начнет откровенно давить на нее. А инструментов давления у палаты лордов на марионеточный Великий Дом (Алисия всегда была честна сама с собой) предостаточно.

Но жених из любых остальных шести фамилий Великих Домов – путь к тому, что она, как Альба, потеряет последнюю иллюзию власти в фамилии, фактически передавая бразды правления в сферу чужих интересов.

Единственный, в теории, способ вернуть крупицы независимости и, возможно, даже тень былого величия – получить себе или сестрам в мужья Кайдена Доминика Альба, вернуть его в семью. Вернуть независимость и влияние не сразу, конечно, это вопрос долгого пути. Вопрос, который недавно сам Кайден и закрыл, унизив ее на малом приеме – Алисия в тот вечер, не справившись с позором, наложила на себя руки.

И только богиня-покровительница удержала ее в этом мире, показавшись в последний момент и помешав свести счеты с жизнью.

Если же Кайден сейчас (снова) отвергнет ее предложение, репутация теперь не только ее лично, но и всей фамилии будет официально растоптана, а Альба станут не просто марионеточной фамилией, а официальным посмешищем – с кристально-чистой ясностью поняла Алисия.

Но богиня недвусмысленно повелела ей вернуться к Кайдену и к нему повернуться… Вспомнив, как именно велела богиня, и вспомнив, как именно в видении ей пришлось поворачиваться, Алисия покраснела до самых кончиков ушей.

Ступив на площадку арены, не поднимая глаз на замершего в удивлении Кайдена, юная герцогиня двинулась вперед и обошла массивное тело Бланшфора.

Шаг, еще один. Достаточно.

Алисия старалась сохранять внешнюю невозмутимость. Но внутри у нее все обрывалось, щеки горели огнем, а сердце колотилось в горле.