Царетворец. Волчий пастырь

Чтобы пока он тебя приводит в порядок, я мог подумать и обдумать произошедшее.

Филиппа удивленно и, как мне показалось, немного затравленно, посмотрела на меня. Может быть она думала, что я ослепленный любовью вообще никаких вопросов кроме как о ее самочувствии задавать не буду?

Но баронесса дурой не была, поэтому принялась рассказывать.

– Граф Кастельмор. За этот год трижды пытался уложить меня к себе в постель, я ему отказывала. Последний раз он выступил прилюдно, в свете, ну я ему прилюдно и отказала. Он счел за оскорбление.

Разъярился, решил… вот так. Купил Бланшфора женой и вторым сословием, вместе с ним забрал и меня. Сегодня утром, когда Бланшфор уехал на дуэль, меня вывезли к графу в родовые земли, я сделала вид, что согласна, разоделась вон… как видишь. Подловила его со спущенными штанами, сумела убежать. Ехала туда, не знаю куда, услышала, что ты победил, приехала ко Дворцу.

– Кастельмор пытался уложить тебя в постель до того, как тебе дали задание прыгнуть ко мне в койку или после?

– Кайден!

– Что?

– Я не потаскуха, – ощерилась Филиппа.

– Ближе к телу, милая Фили, пожалуйста, – скривился я. – Ты поняла, о чем я.

– Я прыгнула к тебе в койку потому, что хотела этого сама, а не потому, что мне кто-то дал задание! Если бы я не хотела, я бы с тобой… – у нее от столь долгой фразы перехватило дыхание, и она скривилась от боли.

– Да я все понимаю, не нужно лишних слов. Хорошо, спрошу по-другому: тебе прозрачно намекнули, что я интересная персона для любовных игр до того, как Кастельмор позарился на твои прелести или после? Не смотри на меня так, моя хорошая, речь о жизни и смерти сейчас.

– После, – опустив глаза, сказала она.

– То есть сначала граф захотел тебя, ты ему отказала… а потом уже тебе намекнули, что не хочешь ли обратить внимание на меня?

– Да.

– Кто именно намекнул?

Филиппа тяжело сглотнула и промолчала.

Я ее понимаю – если дело с дуэлью срежиссировано, а это так, то роли строго расписаны: Бланшфор – инструмент, Кастельмор – исполнители.

Остается только узнать имя прямых интересантов.

– Фили. Mon amour. Я больше не буду спрашивать, кто именно, если ты не ответишь. Но мне почему-то кажется, что для тебя после всего случившегося хранить тайну не имеет…

– Кавендиш.

Ну да, Великий Дом. Кто бы сомневался.

– Прямо сами Кавендиши на тебя вышли, или ты просто догадываешься? – спросил я на всякий случай.

Баронесса на меня посмотрела с усмешкой. Ну да, конечно – будут Кавендиш напрямую на нее выходить.