Война паука

Ну, такое «доверие» я получил все же не за то, что такой хороший, а потому что он, возможно, и сам понимает, что ни один из моих приказов не нацелен на гибель подчиненных. Потому мне и доверили часть наемников и представителей других фракций. Рыцари, несколько призраков, иногда приходилось сражаться бок о бок с пиратами, а один раз даже прикрывать ведьм с их ритуалами.

Это время было насыщенным, продуктивным и в целом было неплохо.

Пауки, что в самом начале показали всю свою мощь и численность, начали отступать и сдавать позиции.

У них бывали победы, как отвоевание двух кусков Пригорода, но в основном объединенные войска давили членистоногих и загоняли обратно в их дыры.

Что, как уже говорил командир Борис, уж слишком подозрительно и просто. Никто не верит в легкую победу, но пока причин сомневаться в успехе военной компании ни у кого нет. Лишь предчувствие возможной ловушки заставляет командование быть осторожным. Пока что пауки ничего особо подозрительного не делали, за исключением вообще причин начала войны.

Тут никто толком не понял, зачем они вообще начали все это.

Обычно перед войной сторона-агрессор, даже желая остаться одной, хотя бы пытается заключить выгодные союзы с другими, дабы избавится от конкурентов. В Дункельхейде на начале разрухе было подобное и фракции открыто враждовали. Вроде как даже было изначально больше фракций, но эти шесть раздавили всех.

А тут арахниды просто начали войну со всеми сразу и почему-то рассчитывали только на свою численность без хоть какого-то козыря в рукаве.

И если «козырь» у них и есть, то непонятно, чего это он так долго с ним тянут.

«Ох, не нравится мне все это, очень не нравится…»

Но это и так все понимают, а потому мое мнение никому не нужно.

Меж тем речь огра закончилась, и началось празднование победы.

Я в этом участвовать не собирался, ибо «праздничные жертвоприношения рабов» вызывали у меня только отвращение. Вот я и стою подальше от всего этого кошмара и приближаться не собираюсь. Плевать сколько и как меня звали, изменять свои принципам я не собираюсь.

Мне и так плохо от того, что я вынужден мириться с подобным, а уж принимать участие отказываюсь тем более.

Так что мы с друзьями стоим подальше и просто проводили время друг с другом, не приближаясь к основной массе празднующих.

- Тащите этого к остальным! – громкий голос надзирателя за рабами прозвучал недалеко.

Двое мертвецов скрутили какого-то полуголого парня, которого недавно раздели, а затем понесли его к клеткам.