Война паука

Спиральный выпад!

Закрученное оружие с легкостью пронзает костяную защиту, просто раскалывая её, от чего щепки шрапнелью разлетелись в разные стороны и врезались в мои доспехи. Острие входит в мягкую плоть темной твари, и Благословение начинает жечь темное тело нечисти.

- ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – завопил он, во все горло, оглушая всех присутствующих своим громоподобным ревом. Адская боль сейчас ощущается в сгустке болевых точек в этом участке тела членистоногого. За месяцы войны я хорошо изучил, где им получать урон больнее всего.

Сейчас враг испытывает просто ужасающие муки, несмотря на то, что сам урон не слишком смертельным.

Но я еще не закончил

Клинок Рассвета!

Оружие из сконцентрированной энергии просто появляется внутри плоти, чудовища выжигая мясо и испепеляя все, что только можно и уже от этой агонии гигантский паук просто сходит с ума и бросается вперед.

Дергаю древко пики в сторону и заставляю его слегка сместится словно рулевой на корабле управляю тварью, и отправляя того прямо к лестнице по которой мы поднимались и на которой рыцари сейчас держали оборону.

- ДАВАЙТЕ! – кричу сверху и тут же выдергиваю свое оружие.

Разогнавшийся паук налетает на заклинание Вивьен, облившее врага как-то измененной загустевшей кровью. Хельга тут же поджигает громадину, что вспыхивает как спичка. Его лапы на несколько секунд оказываются скованны Пепельными цепями, созданными Гвен, что нарушило его равновесие.

А в следующий момент Бьонд и Алек вместе атакуют зад монстра толкая того вперед.

Через секунду загоревшийся, обезумевший от боли и потерявший равновесие монстр просто не удерживается на ногах у крутой лестницы, а падает вниз, катится огненным шаром, сшибая всех на своем пути и распространяя пламя на остальных.

Дикий визг десятков горящих, раздавленных и разбросанных арахносов разносится по всем руинам. Привыкшие давить неудержимой массой пауки забили пространство так, что им было просто некуда увернуться. Да они и не особо пытались, если честно, идя к своей смерти с равнодушием муравьиного роя.

Мы стояли на самом верху и добивали тех, кто еще остался, смотрели, как внизу членистоногие пытаются разобраться, что делать и как-то спастись от огня, что охватил все вокруг.

- Отлично, милый, ты крут! – радовалась Гвен.

В теле кентавра смотрелось это еще более неловко и пугающе.

- Интересный фокус, - хмыкнул я.

- Ничего особенного. - фыркнула Вивьен. – Просто умение хранить растворенные в крови зелья как часть Кровавого Резерва.