Враг народа. Академия красных магов

- Что у тебя с собой? - спросил он, пытаясь перекричать этот вопль.

- Ничего, - честно ответил я. - Да и откуда?

Он сказал попробовать еще раз. Я снова прошел через истерящую раму, и вопли стали еще яростнее - казалось, вот-вот от них начнут качаться стены.

- Может, в значках что? - Лёнин коллега кивнул на мою грудь.

- Нет, - отрезал Лёня, - они обычные.

Он сосредоточенно уставился на меня, словно ощупывая глазами карманы.

- А в карманах что-то есть?

- Только мой талисман.

Я вытащил его из кармана.

- Кусок угля, что ли? - не поверил Лёнин коллега.

- Антрацит, - поправил я.

Не касаясь, Лёня подозрительно его осмотрел, а затем развернул передо мной бархатный мешочек.

- Положи пока сюда.

- Зачем?

- Попробуй пройти без него.

Без особой охоты я положил в мешочек свой антрацит и уже в третий раз прошел через раму, которая тут же замолчала.

- Я его пока заберу, - Лёня крепко затянул тесемки мешочка.

- Но это мой талисман, - возразил я. Если подумать, я с ним еще никогда не расставался.

- Временно, - пообещал Лёня, делая пометку в листе, как делал со всеми изъятыми предметами, - после экзаменов сразу отдам.

Спорить тут, очевидно, было бесполезно. Я сделал шаг к двери.

- И, Саш… - вдруг позвал он.

Я обернулся.

- Удачи, - пожелал мне Лёня.

А вот это мне точно понадобится. Поблагодарив, я зашел в достаточно вместительную аудиторию. Ряды длинных парт и скамеек ступенеобразно поднимались вверх. В самом низу были огромная доска, чью центральную часть закрывали две боковые створки, и преподавательский стол, за которым перед стопкой чистых листов сидел Григорий Николаевич Ковалевский собственной персоной - единственный преподаватель, которого я здесь уже знал.

Будущие студенты рассаживались по местам - одни нервно покручивая чернильницы с перьями, другие расслабленно откинувшись, словно показывая, что экзамен их не волнует. Роза и Гена, уже устроившиеся на последнем ряду, бодро замахали садиться к ним. Однако только я шагнул на ступени, ведущие наверх, как за спиной раздался голос:

- Студент Матвеев! - позвал обладатель строгого серого костюма.

Я нехотя обернулся.

- А вы сюда, - Ковалевский показал на первый ряд прямо перед собой, - чтобы я вас видел.

Неужели я представляю собой настолько ласкающее глаз зрелище? Без особого энтузиазма я плюхнулся на скамейку. У двери послышался ехидный смешок - в аудиторию как раз вошел Голицын, освещая путь своим ярким фингалом.