Враг народа. Академия красных магов

Прибор загудел, и с видом надменного превосходства он начал тискать подушечку.

- А у членов магических династий, - отвернувшись, спросил я, - процент выше или ниже, чем у остальных?

- Обычно выше, - отозвалась Роза, - чем древнее династия и чем чище у нее кровь.

- Если конечно, - вклинился Генка, не сводя прищуренных глаз с дико скачущей стрелки, будто пытаясь угадать, на чем она остановится, - династия не вырождается. Тогда уровень падает, а то и вовсе дети без магии рождаются.

- Да и вообще, - добавила Роза, - чистота крови уже считается устаревшей теорией…

Гудение остановилось, и женщина взглянула на шкалу, где-то в самом конце которой все еще подрагивала стрелка.

- Восемьдесят шесть процентов, - довольно сообщила она.

По рядам парт тут же пронесся гул взбудораженных голосов, устанавливая местный рекорд. Голицын встал со стула с таким видом, словно ждал аплодисментов.

- Зорин Валентин, - следом зачитал Ковалевский.

Худой бледный паренек с гордой осанкой спокойно зашагал к стулу, и все вокруг мгновенно напряглись, будто он мог взорвать аудиторию одним косым взглядом.

- К слову о династиях, - воодушевленно зашептал рядом Генка, - Зорины - одни из сильнейших боевых магов! Говорят, во время войны, его отец в одиночку вынес пять взводов противника… Если уж становиться масом, то только у семьи вроде этой. Вот где настоящая сила!..

Парень невозмутимо сел на стул и протянул женщине руку. Ритуал с манжетой повторился, и прибор загудел.

- А зачем тебе становиться масом? - тихо спросил я. - Ты же тоже из династии.

- Бастард, - хмыкнул сосед. - У Голицыных это так же почетно, как быть собакой!

Прибор наконец прекратил гудеть, и женщина недоверчиво уставилась на стрелку.

- Шестьдесят восемь процентов… - как-то растерянно сообщила она.

Сотрудник КМБ мигом потерял к парню всякий интерес и снова ушел в тень. По аудитории разлетелся изумленный шепот. Зорин невозмутимо поднялся со стула и вернулся на свое место - к слову, сидел он совсем один, не примкнув ни к одной из групп.

- Да уж, неважно… - прокомментировал рядом Генка.

Ковалевский тем временем зачитал новое имя, и тестирование продолжилось. Студенты один за другим садились на стул и усердно тискали подушечку, прибор громко гудел, но восьмидесяти процентов больше не достиг никто. У нескольких намерили по семьдесят, как у Розы, а у парочки оказалось по сорок - ниже тоже не было. Наконец прошла буква “л”.