Времяворот

— Последнее слово она выделила тоном слаще липового меда, завозимого с далекого севера и ценой не уступающего породистому рысаку. — А с дырой в спине неудобно.

— Неудобно привязанным к каменной плите лежать. — Вздохнул я, поражаясь, как быстро рабыня почувствовала возможность отпускать язвительные комментарии. Попросту говоря, оборзела.

В прошлой жизни чернокожая мечница регулярно демонстрировала колкость языка. Она не стеснялась издеваться над равными, плевалась ехидными замечаниями, а порой откровенно хамила вышестоящим, если те подставлялись, и пару раз даже ухитрилась поцапаться с магистром Вильхаром, смотрящим на стервозное поведение сквозь пальцы.

Будущему сенатору во все времена хватало ума оценивать людей по возможной пользе, а не статусу. И пока польза от проклятой превосходила доставляемые неудобства, последней ничего не угрожало. То же самое касалось и меня: уникальный талант позволял однорукому калеке купаться в роскоши.

Вот только к моменту возвышения я уже был сломлен и раздавлен, а Инси сохранила в душе огонь стремлений.

Может потому и сгорела в яркой вспышке, пока я медленно тлел, разваливаясь в труху под весом прожитых лет.

— Мелкая, — прошептал я, наклоняясь девочке к уху и по привычке называя кличкой из несостоявшейся реальности, — ты берега-то не путай. Если твои остроты услышит кто — меня на смех поднимут, а затем и папаню. А он не отличается сдержанностью. Хочешь плетей получить ради шуточки?

— Простите, господин. — Низко поклонившись, луамка поджала трясущиеся губы.

В блондинистой голове имелось некоторое количество здравого смысла, и Инси смогла оценить обрисованные мной перспективы. — Больше не повторится.

— Само собой. — Я потрепал светлые волосы. — Не совсем же ты дурочка, жизнью рисковать…

— И вы меня не продадите за дерзость?

— А смысл тогда был покупать? — Удивился я внезапному страху малолетней рабыни. Вот уж не думал, что за два месяца та настолько привяжется ко мне. — Пойдем дальше приветствовать гостей?

— Конечно, хозяин! — Расплылась в улыбке еще мгновение назад до глубины души огорченная и напуганная девочка, и одновременно ударил гонг.

Только-только помянутый отец готовился произнести речь, и лишь идиот рискнул бы опоздать к ее началу. Нестройные потоки людей потянулись к плацу — единственному открытому пространству, способному вместить подобную толпу.

— Найди рядом с домом старого Тита и помоги ему. — Велел я, и Инси бросилась исполнять задание.