Разжигая горн души. Том 1.

Его же мутация, крылась не в голове, а совсем в другом месте…

Молодой человек, лежащий в больничной койке внезапно улыбнулся, несмотря на ужасное ранение в руке. Ведь он только что почувствовал, как после удара сердца, в его груди ощущалось необычное доселе этому телу чувство. Чувство, засевшего в нём семени, которое под его усилиями, переродится в огне, разжигая горн его души!

От автораВаши лайки и подписки стимулируют автора на новые свершения!

Глава 6. Новая жизнь

Итан, а отныне Итан Гаврас, задумчиво сидел на балконе небольшого особняка, рассеянным взглядом осматривая непривычные для него виды, выражавшиеся буквально во всём, ведь Винзарская империя основывалась на необычном смешении римской и мусульманской культуры, о чём кричало буквально всё, на что падал взгляд молодого мага:

Популярные белоснежные туники римской эпохи, аляпово украшались яркими росписями и жемчугом.

В архитектуре треугольные крыши и мраморные колонны легко сменяли овальные формы более привычные арабскому миру. Даже в цветах, римская строгость, могла резко смениться на яркое многоцветие.

Новый Рим совершенно не походил на Лондон его времени. Да, именно его времени.

После того, как врач отпустил пациента, сочтя возможную мутацию не летальной, новоявленный член семьи Гаврас, отправился с матерью домой, которая по пути успела провести ему небольшой экскурс по поводу того, кто он такой.

В этой жизни ему повезло больше, чем в прошлой. Он попал в тело сына офицера из небольшого рода, владеющего частью какого-то полуострова на севере империи.

Мать же, была дочерью угасшего благородного семейства из Старого Рима, который должен будет закончится на ней.

«В будущем, новое происхождение откроет для меня многие двери. Вряд ли, благородная кровь, здесь цениться меньше, чем в консервативной Англии» – отметил для себя Итан.

Новым домом оказался особняк на окраине города, называющейся Тритонской платеей. Несмотря на почти постоянное отсутствие главы семейства, дом и сад пребывали в отличном состоянии.

Похоже, хозяйка держала прислугу в узде, и умела вела дела даже без крепкой мужской руки.

Ответив на все вопросы волнующейся женщины, он скрылся в своей комнате, сославшись на усталость и потребность во сне. Вот только сон - последнее, что ему было нужно в подобном положении. В другой стране, времени, теле, совершенно без сил, и оставив при себе лишь собственное имя – он не мог предаваться блаженному ничегонеделанью.