Защитник Дворянок

— Но записи я тоже смотрю!

Я совершенно не удивлюсь если тогда в больнице эта пигалица как раз это и делала, чуть было на тот свет меня от страха не отправив. Хорошо, что больница, похоже, заранее к этому была готова. Опять Яков постарался, зная о пристрастии дочки?

— В общем, раз уж я теперь здесь и вполне неплохо держусь. Смотреть теперь ее ты будешь только в записи, нормальные люди ночью обязаны спать! — На это утверждение она начала канючить и говорить что я не смогу ее заставить, у меня нет на это власти. Еще как есть.

Я теперь в этом доме власть!

— Нет уж, смогу. Как ты и просила, я буду спать с тобой в одной комнате. Сегодня же перетащу кровать. Сон у меня чуткий, поэтому ты не сможешь ничего включить, не разбудив меня.

Тут она поняла, что я настроен весьма серьезно и начала вымаливать у такого нехорошего меня прощения за то что разбудила. Ну наконец-то поняла, что же ты в своей жизни сделала не так! Но уже поздно. Я тебя еще воспитаю под себя, несмотря на все возражения.

— А чтобы ты побыстрее заснула, пошли, будешь пытаться развить свой контроль хотя бы немного.

Я с тобой вечно сидеть не намерена. И за каждые видимые успехи так уж и быть, можешь портить глаза ночью. Одевайся!

Спасибо девушке за повод попытаться посмотреть на то, насколько у нее с этим плохо. Я заранее был готов к боли, но если нужно будет потерпеть ,чтобы потом стало намного проще жить, то лучше сделать это сразу, а не затягивать.

Девушка отпиралась, говорила что пробовала и ничего не получается, что ей не нравится причинять боль другим, а мне обязательно будет больно.

В общем, выдумывала отговорку за отговоркой пока я бесцеременно сдирал с нее ночнушку и набрасывал что-то похожее на утепленный спортивный костюм. При этом никак не сопротивлялась.

— Если тебе что-то не нравится, останови меня действиями, а не словами! — Сказал я ей, остановив лицо буквально в сантиметре от ее носа, внимательно смотря ей в глаза. От такого она отшатнулась а в глазах застыл страх. Ее руки продолжали безвольно висеть, пока она исполняла свой молчаливый и крайне неэффективный протест.

— Если тебе страшно за меня, то просто забей. Я крепкая. Я потому и здесь, чтобы тебе было легче.

Девушка стояла передо мной в криво надетом, кое-как застегнутом костюме. Я старался как мог, честно. И вдруг до меня дошло.

— Или ты больше боишься хоть как-то притрагиваться к своей силе? — Я получил кивок от этого дрожащего человечка, что старался сжаться, чтобы ее больше не трогали, чтобы я оставил ее в покое.