Защитник Дворянок

Я аж слышал кавычки, когда дворянин говорил о них.

Должники Трапимировичей, прямые вассалы а так же род, на котором висит официальная, заверенная императором кровная вражда с Яковом. И при этом одновременно были вассалами другого рода, а по отношению к третьему были младшей линией, то есть тоже по сути вассалами. Я думал у меня голова закипит от объяснений дворянина.

В общем, если они все резко умрут, никто не возмутится. Поэтому и можно было воспользоваться ими в качестве предварительного теста, готова ли Мария.

Так что я с волнением, как и Мария, ожидал транспорта. Пользоваться аргой нельзя, на дворянских встречах это абсолютно неприемлемо и может послужить поводом для дуэли. Ну а в случае меня поводом для казни. В общем, Яков решил обрубить веселые деньки. То ли и правда из необходимости. То ли ему не нравилось, куда у меня с его дочерью все идет. Но если ты сейчас стреляешь себе в ногу, знай что ты мудак!

Ну а как еще о нем говорить если полностью сделать Марию «безопасной» я мог только через прямое прикосновение к коже.

Конечно, Яков объяснил что давление вещь прекрасная, полезная и позволяет показать силу. Но все равно попросил обойтись без этого, поскольку это тоже может быть воспринято неправильно и вечер будет не таким томным, каким должен. Скорее быстро превратиться в борьбу мускулов, где обе стороны будут стараться подавить друг друга.

Но разрешил пускаться во все тяжкие в случае если Тихомировы, как он их охарактеризовал «бесталанные выскочки», полезут сами. Мария тоже это все выслушала и даже что-то сверху, поскольку я был выставлен за дверь чуть раньше, чем она. Но я почувствовал, что чтобы там ни было, ей это очень не понравилось. Но со мной девушка об этом молчала как партизан. Ну да, отец для нее намного более приоритетен, чем я. Скажет запретить общаться — Мария проглотит это, пусть и будет крайне грустить.

Я взял девушку за руку и крепко сжал. На мне было усиленное платье горничной на случай самого плохого сценария. На ней же фиолетовое платье с глубоким декольте и вырезом почти до пояса, будто бывшее насмешкой над ее проблемой.

Ну здесь уже сам мир виноват. Фиолетовый — цвет силы, цвет власти, цвет богатства. Она обязана быть именно в нем, ведь Трапимировичи обязаны олицетворять именно эти качества.