Защитник Дворянок

Слишком мало прожил.

— Я лично отведу ее к вашему врачу. Лишь под моим присмотром мою пострадавшую телохранительницу будут лечить. Спасибо за вечер, но я не могу продолжать праздно с вами общаться. В отличие от вас, мы, Трапимировичи, ценим наших подчиненных. — В очередной раз Мария указала на мнимую разницу в их семьях.

Я же уже лежал на коленях Марии, скрытый лавкой. Хорошо…

— Прошу вас, окажите нам доверие и мы его оправдаем. Это действительно всего-лишь досадная аллергия. К тому же вы же видите, как вашей телохранительнице плохо.

Пока мы тут спорим из-за того, что не доверяем друг другу, она может и умереть! — надавил он эмоциями. Нет, мне вполне хорошо…

***

Ну давай же, отпусти ее уже, дрянная девка. — Примерно такие мысли были у Диомеда в этот момент, без какого либо страха отправляя себе в рот очередную сладость, скорее от нервов.

Гордость их семьи, яд, действующий только на простолюдин. Можно было бы сделать и сильнее, но тогда можно было и зацепить благородных. К сожалению, так и не удалось выяснить, на какой дуге шлюха своего всесильного папаши.

Поэтому пошли по безопасному плану, изготовив яд, действующий только на красную и оранжевые дуги. И саморазлагающийся в течении пятнадцати минут. Никто не сможет навлечь на их род дурную славу отравителей!

Диомед же в таком юном возрасте был на вершине пятой дуги. Его голубая взвесь внушала страх в лица его братьев и сестер, сразу показывая, кто же будет наследником рода. Если он не остановится в своем развитии, то будет по настоящему для них недосягаем.

Поэтому стоило остаться наедине с Марией, как можно было бы и подавить ее. Диомеду было плевать на вассальные отношения их родов. Считаются не с родом, считаются с силой! Его голубой мечтой было перевернуть ситуацию и править Трапимировичами. И первым шагом он видел запугать Марию до подписания брачного контракта.

Хоть Яков Трапимирович действительно был крайне опасной и непредсказуемой силой, взрослые в дела молодых не лезли. Они давали им шансы получить тумаки от жизни, лишь в крайнем случае вмешиваясь.

А зачем вмешиваться в такое светлое событие как брак, чтобы скрепить давние связи двух родов?

Поэтому с этой стороны Диомед был спокоен. Даже если вмешается Яков, он наверняка поступится частью долга, чтобы отменить договор. Ведь никто не сможет доказать, что тот был подписан под принуждением. В любом случае любой исход был для Тихомировых большой или маленькой победой. Так наставлял Диомеда отец.