Защитник Дворянок

Так что удержать на месте и отнести как нашкодившего котенка не получилось. Слишком уж сильна в ней была тяга свалить подальше от моего предложения. Торжественно обещаю себе еще больше налегать на протеин и заказать на свою первую зарплату гантели.

Благо девушка была мягкая даже не смотря на одежду. Так что мне было не так больно. Как бы невзначай еще и полапал ее, помогая встать и отряхнуться.

— Ты не сбежишь, если я тебя отпущу? — спросил я этот немного трясущийся комочек, стремящийся вызвать к себе пожалейку, чтобы ее не несли к жерлу вулкана.

— Н-нет — сказала полная подлости девушка и попыталась свинтить тут же ощутив свободу. Благо хоть бегал я быстрее, так что догнал быстро.

— Пожалуйста, отпустите меня-я-я-я — В конце-концов разрыдалась она.

Не то чтобы я был бесчувственным чурбаном Но был непреклонен. К тому же бесполезно пытаться ее в чем то убедить. Клин клином вышибать надо.

Таким образом у нас появилась крайне крикливая, плачущая и давящая на жалость жертва, то есть подопытная.

Это глубоко ее проблема, что если она пробьет этим сквозь безэмоциональность Марии, то горничной станет только хуже.

Разумеется я не тащил ее прямо в дом, ощутить этого ужасного чувства я никому не желал. Лишь попросил, очень настойчиво попросил подождать нас в беседке возле пруда. Благо дворецкий согласился за ней последить. Старый мужик любил порыбачить во время обеда, говоря что хоть в это время почти нет нормального клева, он все равно отдыхает душой. Он легко поверил мне, что ничего страшного не произойдет.

Хотя, скорее, ему было уже просто все равно.

Так что я вел Марию под руку, издали смотря на ровную гладь искусственного водоема с небольшим островком посередине, к которому вели несколько деревянных аккуратных веревочных мостиков. Собственно именно там сейчас и была проштрафившаяся горничная и отдыхающий дворецкий.

Мостик немного поскрипывал под нашим весом приятным звуком. В любом случае даже если провалится, но не страшно, пруд не глубокий.

С острова нам уже приветливо помахал рукой дворецкий. Один из немногих, кому было наплевать на аргу Марии. Все же он тут, по его словам, уже двадцать пять лет и помнит Марию всю ее жизнь. Тяжеловато ему бояться ту, кто для него еще вчера под стол пешком ходила.

Правда, он все же собрал удочки и покинул остров. Чисто на всякий случай, чтобы не пропускать если что работу. Вот и остались на острове трое. Я предварительно проверил, в беседке ли Неждана.