Защитник Дворянок

Так что я послушно сделал все. И на одной руке постоял, и на голове, и удерживал тело в неудобных положениях, стараясь расшевелить якобы дремлющую внутри меня силу. Я не понимал как это должно работать, но я верил, что это должно работать.

И все же закрадывалась мыслишка, что если бы все было настолько просто, то не было бы настолько мало пользователей арги, и их подавляющее количество не было дворянами. Но я подобно Казимиру, отбрасывал эти сомнения. Я не просто так здесь оказался, должно быть что-то, просто обязано!

И вот, начало казаться, что внутри что-то горит.

Руки задрожали вместе с самим телом. Голова ходила ходуном а пот стекал на пол с въевшейся в него грязью. Ну же, давай!

Очнулся от удара об пол. Я просто потерял сознание, а все, что я почувствовал, исчезло. Но откуда у меня была такая уверенность, что это должно сработать? А может и сработало. Но сейчас у меня точно не было сил на повторную проверку. Это мог быть просто обычный обморок, а это уже может быть очень нехорошим признаком. Так что, нацепив малопритязательную одежду и накрепко заперев дверь, я пошел через недружелюбные дворы, за которыми никогда никто не ухаживал и где, заглянув в любой подозрительный затененый угол, можно было легко нарваться на проблемы.

Пошел к зданию больницы, которое на фоне всего этого выглядело чем-то абсолютно внеземным. Островком полнейшей безопасности, одним из немногих мест, где можно было ослабить бдительность.

К сожалению, получив часть воспоминаний Казимира, я им не стал. Потому что явно ослабил внимание к обстановке.

И прошел явно не там где стоило. Ведь меня резво окружила дворовая шпана, а их заводила прокуренным сиплым голосом начал качать права.

— Э, слыш, Казя. Ждана Синица из-за тебя сегодня плохо спала. Есть чем оплатить косяк?

Кажется я понял, почему Казимир очень плохо реагировал на то, что его имя сокращают.

Глава 3. Защита

Выглядел этот пацан не слишком грозно. Скорее, типичный носильщик тапочек для вышестоящих. Неоднократно сломанный кривой нос, подленькая ухмылка гиены, что нашла себе жертву для веселья, и при этом всем неспокойные маленькие серые глаза, не могущие смотреть в одну точку.

— А она сама уже говорить разучилась? Ты кто вообще такой, чтобы за нее решать, как ей спалось, а? Шестера подзаборная — Тут же перешел я в словесное наступление. Видок в зеркале, конечно у меня был не очень, меня можно перешибить соплей, внушительности никакой. Но раз уж попал в такую ситуацию, от пресмыкания будет только хуже.