Синий, как море

Что‑то вроде информационной клептомании. Это если она подслушивала. А то, может, сидела девочка у окошечка, услышала гонг и бросилась услужить, а я на нее бочки качу… А мне можно, я принц, я капризный. Вот вам всем. Фу.

И выплыли мы с Изумрудной принцессой Альдой из комнаты рядышком. И пошли впереди всех черт знает куда. Хорошо, что мама стальными пальчиками поймала меня за локоть и была непреклонна на поворотах. И пытался я думать, а она пыталась со мной разговаривать, но уж и не знаю, кто из нас меньше преуспел.

– Ты знаешь, Райдок, что тебе был предначертан сегодня Багрянец. И не спорь со мной, это было бы справедливо…

Не знаю. Не спорю. Знаки Огня… призвать к Цвету… Отвергший Цвета… столица колората… бедны мы, бедны… потеряли Айнал, стали еще беднее… Багрянец – цвет без колората? С утраченными феодами? Ага, я мог бы спорить и возражать, что оставляют без земель, средств и реальной власти. Наследства лишают, заветной исконной девственности, стало быть. Грубо говоря, поимели по династической привычке вульгарным образом и погнали со Двора поганой метлой.

Напишу на черном щите красной краской «Дефлорадо» и буду скитаться по родному Домену… Я вообще когда‑нибудь мог минуты две последовательно думать об одном и том же?..

– Но теперь сложилась ситуация, с которой в нашем Домене мы не встречались за все время правления рода Селекса. У нас сохранились пять колоратов, но живы и держат Цвет только четыре принца. Ты понимаешь?

– Понимаю, конечно.

Если честно, то не очень я понимаю, но выкрутиться, похоже, смогу.

– Освободился Янтарь покойного Властителя Селлери, и если… Райдок, куда ты все время рвешься на поворотах?

– Прости, мама, я просто очень взволнован и все время отвлекаюсь.

– Настоящего принца волнение должно заставлять собраться. Стыдись, Райдок. Если передать твоему бестолковому дядюшке Данку Янтарь, то ты можешь претендовать на Оранж, понимаешь?

– А…

– А твой ненаглядный сиблинг прогнется! Единственное, на что он может пока что рассчитывать – это сочувствие отца.

А уж если ему так нужны власть и подвиги, пусть отправится в поход и займет себе приличный город! Хоть Сандерклифф, пожалуйста! Цвет ему в руки!

Кажется, Альда не любит моего сводного брата. Не думал я, что она может так разъяриться.

– Как бы он не захотел разжиться вот этим городом, – нечаянно сказал я вслух. И правильно сделал.

– А вот во избежание эксцессов мои люди за ним и следят, – мгновенно успокоилась мама.

Тут бы мне и утихомириться.