Синий, как море

– Я сейчас готов поверить во все, что угодно, – проворчал я мрачно. Собственно говоря, мне так и приходится поступать. Сам‑то я ничего не знаю, опыта набираться поздно, вот и верю, – я искоса глянул на Данка, на слово верю, кому ни попадя.

– Ну, – невозмутимо отозвался Данк, – у тебя неплохой набор первых встречных. Любой бы позавидовал.

Я решил атаковать в лоб. Раз он корчит такую серьезную морду на мои подколки…

– Слышь, дядя, отдай письмо.

– Какое такое письмо? – Данк невинно разглядывал облака.

– Мое письмо. Которое мне.

– А‑а… Забудь.

– В смысле?!

– В смысле насовсем забудь. Сагастен его спрятал так, что и сам не уверен насчет достать обратно. Чуть ли не дьяволу в задницу.

– Зачем?! – я действительно был поражен.

– Чтобы ты его никоим образом не смог прочесть.

– Блин! Мать! Данк, я ведь его себе писал специально для того, чтобы обязательно прочесть!

– Кажется, да. Но теперь уже поздно. Видишь ли, тут получилась та же история, что с дейненделльским предсказанием.

– Не понял? – мрачно и агрессивно сказал я.

– Это письмо должен был прочесть ты. Ты и никто больше. Тогда, возможно, оно тебе и помогло бы. Хотя сомневаюсь. Но получилось так, что его прочитали все мы. Все, кроме тебя. Письмо должно было изменить твои действия, при том, что все остальные действовали бы без учета этой информации. Теперь, хотим мы того или не хотим, все мы изменили свое поведение. Из‑за письма. И единственный способ компенсировать это – тебе придется вести себя, как ведется.

Иначе начнется каскад изменений реальности будущего – знаешь, предсказание, которое пытается исполнить само себя, и в результате губит само себя и все окружающее. Нет, малыш, к сожалению, ты остался без пирожка. Раньше надо было читать, втихую. И тут же сжечь. И пепел съесть. И запить кислотой, чтоб наверняка.

– Не успел, – злобно сказал я. – Не измывайся, Оранжевый! Не можешь отдать, хоть перескажи вкратце, а?

– Я же говорю, – ласково сказал Данк, – под запретом для тебя не исписанная бумажка в конверте, а информация, которую она содержит.

Значит, та часть меня, которая содержит это знание, для тебя тоже под запретом. Да не расстраивайся ты так, малыш! Поверь, все, что там написано, тебе уже не поможет. Сейчас, во всяком случае. Представь себе, что там было написано, к примеру, как нас получше обмануть. Ну, прочитал бы ты его – и что? Мы ведь это тоже узнали, так что прока тебе от такой подсказки немного…

Я подумал.