Провидение зла

Ну, то есть угождаю. Не сильным или богатым, а просто людям. Могу подлечить, справиться с нечистью, если ее не слишком много, да и разбойников отваживаю порой. Опять же, сообразуясь с их количеством. Но твоя мать отчего-то решила, что мои невинные магические шалости достойны называться магией, и наняла меня. Почти наняла. Твой отец заглядывал, когда ты спал, но пока так и не принял решение. В отношении меня.

– А в отношении меня? – выдавил из груди бессмысленные слова Игнис.

– Увидим, – пожал плечами Алиус.

– Ты говоришь, что не угождаешь сильным и богатым? – прошептал Игнис.

– Для меня нет, – усмехнулся Алиус. – Нет, он, конечно, далеко не беден, да и доблести ему не занимать, и силы в нем предостаточно, но я не о той силе и не о том богатстве говорю. А о тех, которые заставляют служить себе именно как силе и богатству. Нет, я готов угождать просто людям. Сегодня моя помощь требуется Игнису Тотуму, его отцу, его матери и их близким.

– И чем же ты можешь помочь королевскому семейству? – повысил срывающийся голос Игнис.

– Просто семейству, – негромко ответил Алиус. – Мало чем. Быть рядом. Помогать видеть то, что нужно видеть. Слышать то, что нужно слышать. Называть по имени то, что должно быть названо по имени.

– Ну, так назови! – скрипнул зубами Игнис. – Назови то, что произошло со мной!

– Ты хочешь услышать, что все совершенное совершено не тобой? – спросил Алиус. – Нет. Все, что сделано, сделал ты. Не хмель бесчинствует, а пьяница. Да, есть магия, которая обращает человека в куклу.

– А мой случай… – начал говорить Игнис.

– Думаю, что страшнее, – ответил ему Алиус. – Много страшнее.

– Ты не хочешь сейчас говорить об этом? – понял Игнис.

– Не хочу, – кивнул Алиус.

– Я… не болен? – вымолвил Игнис.

– Я бы не стал называть это болезнью, – пожал плечами Алиус. – Но теперь ты – не только ты. Или, что было бы точнее, ты изменился. И все-таки говорить об этом мы будем чуть позже.

– Ладно. – Игнис закрыл глаза.

Сейчас ему казалось, что он опять летит в пропасть. Всюду, куда он мог обратить взгляд, куда он мог бы протянуть руку, всюду была пропасть.

– Запомни, – послышался голос Алиуса, – все, кто тебя любит, любят по-прежнему. Просто всем им сейчас так же больно, как тебе.

– И что же мне делать? – спросил Игнис.

– Начинать все сначала, – ответил Алиус. – И слушать свою мать. Она самый мудрый человек из тех, кто рядом с тобой. И может быть, самый сильный.