Провидение зла

Что успел узнать о нашем празднестве?

– Хорошо, Ваше Величество, – еще ниже склонился Кракс. – Я успел выслушать своих соглядаев. Не успел проверить сказанное, но выслушал. Если они не ошибаются, то готовы присягнуть Ардуусу короли Фиденты и Хонора. Король Утиса упирается, но это способ торговли. Салубер Адорири мудр, его жена из королевского дома Руфы, но Руфа далека, а Ардуус близко, да и куда он денется, зажатый между Хонором и Фидентой? Ему нужно сохранить лицо.

– Тот кто слишком долго заботится о лице, может лишиться головы, – пробурчал Пурус.

– Кирум ждет окрика от Эбаббара, – прищурился Кракс. – Но если узнает про Эбаббар, Тимор, Обстинар, Фиденту и Хонор, будет мечтать, чтобы вассальство ему предложили с почтением. Он выиграет больше других, у него самая протяженная граница со Светлой Пустошью, дозоры ему обходятся дорого.

– Эбаббару не дешевле, – напомнил Пурус.

– У короля Флавуса стена и ров по границе, Ваше Величество, – развел руками Кракс. – А Бэдгалдингиру плевать на его границу, там дозоры Ардууса.

– Что Бэдгалдингир? – спросил Пурус.

– Никогда, – покачал головой Кракс. – Он все еще числит себя обломком Таламу. Но он и не нужен. Земли до Светлой Пустоши он передаст по доброй воле под управление Ардууса, они лишь отягощают его. Не Бэдгалдингир нужен нам, мы нужны ему. Если мы не будем пропускать караваны торговцев, Бэдгалдингиру придется нелегко.

– А если ему придется нелегко? – начал Пурус.

– Он будет смотреть на восток, – объяснил Кракс.

– Там Даккита! – напомнил Пурус.

– С Даккитой и Бэдгалдингиром нужен не вассальный договор, – покачал головой Кракс, – а братский. Но его следует заключать в последнюю очередь.

– Почему? – не понял Пурус.

– Чтобы никто не сравнивал, Ваше Величество, – поклонился Кракс. – Договор с Бэдгалдингиром и Даккитой должен заключать не нынешний Ардуус, а завтрашний, в котором каждый король, кроме вас, Ваше Величество, превратившись в вассала, будет чувствовать себя его частью.

– Это все? – спросил Пурус.

– Раппу и Арамана зависят от Бабу, – пожал плечами Кракс.

– Почему на особых? – не понял Пурус.

– Ни Бабу, ни Раппу никогда не были взяты врагом, – объяснил Кракс. – Их гордость имеет крепкий фундамент.

– Ты ничего не сказал о Лаписе! – напомнил Пурус.

– Лапис обречен, – вздохнул Кракс.