Черные стрелы 2

– Бедная девочка, сколько же невзгод ты натерпелась...

- “Вы даже не представляете”, - подумала Элисса, вспомнив, как оказалась на улице. 

 Девушка и сама представать не могла, чтобы с ней случилось, не встреть она свою наставницу – Мэлис Вороное перо, одну из лучших воровок Арстерда, теперь ушедшую на покой и решившую встретить старость в уютном домике на окраине столицы. На самом деле, Мэлис до старости было довольно далеко и, как считала Элисса, той просто надоела вся суета и она решила отдохнуть.

В любом случае, девушка считала наставницу второй матерью и была ей бесконечно благодарна за то, что та помогла ей выжить в этом мире. От теплых воспоминаний о Мэлис, Элисса едва не улыбнулась но, вовремя вспомнив о роли, натянула на лицо скорбную маску, доверительно прошептав монахине:

- Мне приходилось делать ужасные вещи. Но я… больше не хочу так жить! – Спрятав лицо в ладонях, девушка тихонько заплакала и ее плечи мелко задрожали. 

- Тише, девочка, тише, - незамедлительно принялась успокаивать девушку Сара, даже не догадывающаяся, что ее в очередной раз провели.

– Тебе здесь ничего не угрожает.

- “Если бы”, - с тоской подумала Элисса, вспомнив пугающего спутника барона Гирса. 

 Пришедшая следом мысль о том, что головорезы барона сделают с этим чудесным местом, слово раскаленным прутом обожгла девушку. Она знала - ее наниматель из тех людей, что не останавливаются ни перед чем. Если он потеряет шанс свершить задуманное тихо, то примет более жесткие и решительные меры.

- Пусть твое прошлое останется вне этих стен, но частичку его тебе все же придется принести и сюда – твое имя. Как тебя зовут, милочка? – вежливо спросила сестра-хозяйка.

 Еще до того, как подойти к воротам монастыря, Элисса придумала себе другое имя, но сейчас, уловив в словах монахини какую-то иронию судьбы, она представилась по-иному:

- Матушка, упокой Альтос ее душу, назвала меня Милой.

- Прекрасное имя, дитя. Оно очень подходит тебе. – Тепло улыбнувшись, Сара добавила. - Следуй за мной, Мила.

 В молчании монахиня провела Элиссу по узкому мосту, перекинувшемуся через весело журчащий ручеек, убегающий куда-то под стены монастыря, заросшие ровными кустарниками и плющом. На одно из перил моста села яркая птичка. Наклонив крохотную головку, она принялась разглядывать людей глазами бусинками, совсем не боясь их приближения.