Мета III

Ища чувствительные точки и стараясь доставить наслаждение партнеру. Обстановка в дворце Станции более подходила главе великого рода с его наложницей. Хотя, здесь данное слово несло негативный оттенок. Просто “с любимой”. Признаться, я немного смирился со звериными чертами Анны. Если ранее все еще оставалась брезгливость, то после проживания в тереме со множеством мета-людей чудной и отталкивающей внешности я стал относиться к небольшим изменениям более толерантно.

Охрана была привычна к подобному отдыху своего главы, поэтому не беспокоила.

Мы с Анной прервались на обед, в течение которого девушка умяла, казалось целый центнер мясо-рыбных блюд. Любопытно, что стол по традициям почившего главы здесь был почему-то очень низким – по колено. А вместо стульев использовались подушки или ковры.

После трапезы мы продолжили предаваться неге и разврату за дверями спальни. Оставалось много вещей, которыми следовало заняться, но после крайне напряженных суток делать ничего совершенно не хотелось. Глава рода ведь тоже имеет право на отдых.

Вечером мы поужинали, навестили хмурую Мираж, запертую в камере для заключенных, и обсудили некоторые важные вопросы с Ахекжаном и Шуургой, которых я тщательно проверил на жучки и пси-внушения. Суперша взяла шефство над охраной. Раньше хватало личной ауры страха Хана и периодических наказаний, но после его смерти бойцы быстро распоясались.

- Как я понимаю, на Вольной Станции нет четких законов? Полный диктат правителя?

- Вроде того, - кивнула женщина с волосами песочного цвета.

– Хотя мы стараемся не злить город и держаться в рамках. Людей с паспортом Усть-Корсы тоже лучше не трогать. В остальном вы вольны диктовать любые правила… Песец-гуай.

- Гуай?

- Уважительный суффикс. Означает старший или вроде того, - пояснила Шуурга.

- Кстати, а как ваши имена перреводятся? – обратилась Анна.

Женщина бросила на нее вопросительно-небрежный взгляд. Словно бы спрашивая: “Это еще кто такая?”

- Что? – не поняла Ищейка.

- Анна – моя приближенная и может говорить от моего имени, - пояснил я позицию девушки.

Смирнова нахмурилась, но не стала никак комментировать.

- Шуурга – Буря, - перевела женщина свой позывной. - Это прозвище дал мне Хан. Эмч – Врач, Шилуус – Рысь.

- Ясно, спасибо, - кивнула Анна, утолив свое любопытство.

- Значит, полная власть, - произнес я удовлетворительно. - В таком случае, если надо будет казнить для острастки нарушителей – можете обращаться. Убийц, насильников, казнокрадов мы здесь не жалуем.