Мета III

Я скривился и пробормотал негромко:

- Песец! Плакала моя маскировка… Теперь я не смогу нигде сойти за серва. Скоро и чародеем называться потеряю право!

Вот и все. Бесконтрольное расширение своей ауры, встраивание в нее неэффективных частей в погоне за силой – все это привело к тому, что я больше не могу должным образом контролировать многие участки. Эфирное излучение, исходящее в основном от источника и от сот резерва, выходило за пределы тела и улавливалось датчиками даже этих примитивных артефактных очков.

Новый генератор от Ирис сделал свое грязное дело. В таком темпе скоро и Теневая вуаль не будет скрывать меня от чужого взора.

- Ну-ну, не преувеличивай. Ты самый сильный чарродей во всем мирре! – принялась утешать спутница. – И ты это знаешь. Я бы тебя обняла и поцеловала, но вряд ли ты оценишь данный жест.

- Держись от меня подальше, кровавая сударыня, - выставил я руку.

Свой костюм я умудрился оставить чистым в отличие от Ищейки.

- Ты стала сильной, Анна Смирнова… - проговорила Красная Молния.

– Я помню твой случай. Ни я, ни народный сход, не давали согласие на твое изгнание из лагеря. Причастные к этому уже наказаны. От лица Приюта приношу тебе извинения, дитя. Пускай месть не затмевает ничей разум.

- Я была зла, особенно поначалу, - поведала Ищейка. - Но изгнание позволило мне повстрречать Артофа, поэтому обида ушла. Просто позвольте нам остаться у вас на какое-то врремя. Мне хотелось бы навестить старых знакомых. Кстати, мы привезли подарки!

- Что ж, вы не стали вламываться на территорию, а также помогли нам с отражением нападения.

Если вы согласны следовать правилам и не докучать жителям, добро пожаловать в Красный Приют! Открыть ворота! – скомандовала Молния.

Гости были здесь очевидно редким явлением, так что нас быстро обступила толпа народа. Анна сдала добычу кухаркам, а ее саму увели в зону помывки, дабы смыть кровь. Погода была далеко не самой располагающей к гуляниям, так что меня быстро привели… в подвал, конечно же, в котором тепло сохранялось лучше.

Как и в Усть-Корсе, в Красном Приюте на зиму люди кучковались в небольших отапливаемых помещениях. Жизнь в это время года замирала. Люди экономили тепло и силы, поскольку запасов еды и дров было не так чтобы много. В основном занимались починкой или изготовлением рабочих инструментов, одежды и других бытовых вещей.

Ожидание наваристой мясной похлебки сразу подняло настроение жителей.