Без права на прошлое. Часть 1.

Он просто недооценил нечеловеческую живучесть бритоголового арабайца.

— Дижон, барон Заклевский, — сухо представился смуглолицый красавец тридцати пяти-сорока лет. — Капитан Центральной Армии, командующий Лунной стражи города Арабая.

Рукопожатие барона оказалось судорожным и недолгим.

— Рад знакомству, милсдарь Заклевский. Насколько я понимаю, ваши предки получили баронство недавно? Интересуюсь не ради принижения заслуг благородного рода, а лишь потому, что знаю наперечет все старые фамилии Империи.

— Вы правы, Гвардеец, — поморщился капитан, и его красивое лицо обрело сходство с чертами хищной птицы. — Дворянство, а тем более баронство досталось нашей семье недавно. Во времена Разлома. Тилан Заклевский, мой прадед, служил простым лучником в Третьем спецподразделении Янтарной Дивизии, предписанной к Южной Армии. В Карбакийской Мясорубке Янтарная Дивизия держала паромную переправу на речке Корже. Командир и старшие офицеры были убиты. Воины запаниковали, но прадед взял на себя руководство и сумел навести порядок.

Переправу, несмотря на яростные атаки солдат Шальной Девки, удалось удержать. Было выиграно время, и подоспевший Золотой Легион ударил в правый фланг Девкиной конницы, вынудив ее маршалов скомандовать отступление. Да что я рассказываю?! Вы ведь были в то время в Карбакии? Скажу лишь, что прошение о прадедовом дворянстве подал лично Командор Гвардии — великолепный Лидер. Император Людовико подписал указ. Так наша семья получила земельный надел в Верхнем Старполье, в те времена — сожженном. Дед и отец трусами не оказались и заслужили для Заклевских баронский герб. Я же, после стольких лет, проведенных в армии и на службе по охране порядка, увидел иной путь…

Барон замолчал, с вызовом глядя на старика в плаще-хамелеоне, хотя тот и не пытался оспаривать заслуги рода Заклевских.

Воспоминание о кровавом ужасе Карбакии вызвало сильнейший зуд в районе клейма. Охотник поскреб литеру и исподлобья глянул на Стеллиного внука.

Юноша вздрогнул, однако взял себя в руки и представился, подражая тону старших товарищей:

— Карлес Чирроке, аспирант Арабайского Университета Медицинских Искусств, бакалавр хирургии.

Руки он не подал. Охотник не удивился. К вопросам чести бастарды, пусть даже и признанные, относились с повышенным вниманием. Хотя, в подобном поведении могло скрываться нечто иное.

— Счастлив знакомству, Карлес. Медицина — достойная уважения стезя.