Время для героев

К ним то и дело подходили монахи, облаченные в белые рясы целителей и наливали в глиняные кружки некое зелье из запотевших бутылей синего стекла. Люди принимали лекарство и без лишних споров, тут же выпивали, их лица разглаживались, усталость и тревоги словно отступали во мрак забвения.

Тем временем, тот, кто стал нашим невольным провожатым продолжал свой путь, попутно отдавая распоряжения. Вот к нему подошел видимо старший над целителями и на вопрос: "Всего ли хватает?" – ответил утвердительным кивком.

Дальше путь монаха лежал к подсобным помещениям, более всего похожим на большую кладовую, где хранились съестные припасы. Через несколько минут монах добрался до кухни, где на треноге вовсю кипел и булькал массивный котел. Вокруг него суетились три странного вида старухи, постоянно мешая варево длинными черпаками и без остановки бубня себе под нос что-то непонятное.

Монах заглянул в котел и, видимо оставшись довольным увиденным, подал знак рукой.

Тут же к котлу поднесли внушительного вида бутыль синего стекла, закупоренную сургучной пробкой. Монах зашептал слова формулы. Я не смог разобрать большинство переменных, прозвучавших из уст монаха, но точно понял, что это заклятье не имеет никакого отношения ни к обрядам Митрианства ни к знакомым мне дисциплинам искусства.

Монах водил руками над пробкой и в момент, когда прозвучали последние слова формулы, на пробке на мгновение засветился зеленоватый символ, точно виденный нами ранее.

Пробка с хлопком покинула горлышко бутыли и в тот же миг, воздух наполнился кислым зловонием скверны, смешанным еще с каким-то запахом.

Я усилием воли подавил порыв Бубы вспыхнуть, словно огненный шар и донес до сознания своего фамилиара, план, сложившийся в моем разуме.

- "Мы на охоте, Буба. Сейчас мы видим дичь, но пока рано ее добывать.

Время скрываться и идти по ее следу. Прячься и наблюдай. Я хочу видеть, узнать, что здесь происходит, перед тем…"

Тем временем, самая старая и страшная старуха с благоговением приняв бутыль из рук монаха поднесла ее к котлу. В кипящее варево потекла струя зловонной, маслянистой жижи. Монах, словно потеряв интерес к происходящему, направился дальше.

Его дорога лежала вглубь чертогов крепости-монастыря.