Время для героев

– Как только Фома закончил свою клятву, по письменам татуировки словно пробежала молния, на краткий миг озаряя каждую букву золотистым сиянием.

- И сохранишь все увиденное и услышанное здесь в тайне! – поспешно добавил Следопыт.

- Сохраню, в пределах моего обета.

Получив молчаливое согласие, Следопыт одним движением перехватил кожаные ремешки. Фома не упал на землю, но приземлился спокойно и ровно. Стянув с глаз повязку, монах заозирался, щурясь от лучей восходящего солнца.

Пришло время ответов, Фома.

* * *

Следопыт заварил очередной котелок с чаем и стараясь скрыть одолевавшее его любопытство, присел рядом со мной, протягивая Фоме, небольшую деревянную кружку. Я раскуривал трубку, наблюдая за человеком, что по словам отче, был моей полной противоположностью.

- Я готов. – Вновь натянув ну лицо дежурную улыбку сказал Фома, прихлебывая из кружки. После первого глотка глаза монаха округлились.

- Простите мне мое любопытство, я помню, что отвечать на вопросы предстоит мне, но не могу не спросить.

- Травяной сбор из Вечного леса, мы завариваем и пьем его вместо тех листьев, что смертные называют чаем. – Голос, ответивший Фоме, прозвучал одновременно со всех сторон. Монах поёжился, невольно оглядываясь.

- Нравится?

- Да… господин. Он очень полезен для тела и духа.

- Мы знаем.

- Хватит заговаривать нам зубы, монах. Я жду правдивых ответов! – передавая трубку Следопыту, одернул его я.

- Хорошо. Спрашивай.

- Кто вручил тебе это письмо? Это была ловушка?

- Письмо мне вручил лично магистр Ноэль. Глава организации, в которой я имею честь состоять. Нет. Это не ловушка, насколько известно мне. Магистр приложил к письму строгие устные указания. Вручить лично. Как можно скорее. Ответить на все возникшие вопросы в меру возможности и ограничений обета. Что я сейчас и делаю. И еще… если представится возможность – испытать силу и волю.

- Что за организация? – уголком глаза, я сумел рассмотреть фигуру Видящего, что вот уже несколько минут незримо для смертного присутствовал на поляне.

- Орден Искореняющих Ересь, Бальтазар Крюгер. Подробности нужны? – я кивнул. Этот человек сейчас прольет свет на ту часть прошлого моих родителей, что осталась в моей памяти лишь в виде сказок и историй, что рассказывал мне отец в очень далеком детстве.