Серебряный. Возрождение легенды

Вот почему так безумно холодно. Дим положил руку на грудь, чувствуя ладонью мокрую ткань рубахи.

Где Олайя? Застонав, как от сильной боли, Димостэнис в отчаянии запустил пальцы в волосы.

Он стоял почти на самой вершине холма. Крики, ржание лошадей, бряцанье оружия. Весь склон усыпан людьми. Их много. Но они больше никогда не покинут его. Внизу разбивали лагерь прибывшие отряды воинов. Реяли на холодном ветру флаг Мюрджена и Знамя Перемен. Чуть поодаль в отдельную резервацию сводили пленных имперцев.

- Девэра, какими будут дальнейшие распоряжения?

Дим шел мимо постоянно приветствующих его, отдающих честь, задающих вопросы людей.

Дарис. Генерал Димэрос. Кладис. Другие офицеры, выполняющие свои обязанности и нуждающиеся в указаниях.

- Как долго мы задержимся в ущелье?

- Какие дороги перекрыть?

- На сколько дней рассчитывать провиант?

- Надо отпустить ярхов, им нужно подкрепиться.

- Что делать с пленными?

Вопросы сыпались как из рога изобилия. И он должен был знать ответы. И все они были свято уверены, что он их знает.

Он же даже не знал, где его куртка. Его все больше трясло, казалось еще чуть-чуть и зубы начнут клацать друг о друга.

Мрий Волленс! Командующий войском Дома Иланди. Димостэнис нашел его в казарме среди пленных офицеров. Были еще знакомые лица, но ему нужен был Мрий. Он должен был получить хоть какие-то ответы на свои вопросы.

- Ты думаешь, я жалею? – Волленс был агрессивен. И тщательно пытался скрыть свой страх за дерзостью. – Если только о том, что не мы стали причиной смерти Палача.

Признание удивило Дима. Именно предательство разбитых Сердец привело весь его Дом к гибели.

- Император предложил нам служить ему уже после того, как твой отец был мертв. Мальчишка Пантерри был последним, кто видел твою семью живыми. Спроси у него.

Маленький мерзавец Пантерри. Еще одна причина поговорить с ним по душам. Димостэнис почувствовал, что его уже по-настоящему трясет. В горах загрохотало. С такой силой, что люди на мгновение замерли, в испуге смотря на оживающие пики гор.

Наконец, Дим понял свое состояние. Со склонов посыпались камни. Мелко-мелко задрожала земля. Рев воды в реке доносился аж до самых казарм. Под землей будто кто-то перекатывался, бессмысленными зигзагами взрывая почву, разбрасывая мелкие коренья, комья грязи, поднимая в воздух пыль, глинистую крошку.

Дим бросил короткий взгляд на свои руки. Где вместо браслетов запястья украшали бинты, кое-как намотанные второпях.