Деревянный венец. Том 2 (Темный маг 8)

Вот если бы у Риена был артефакт, защищающий от ядов… Увы, в его собственности числилась лишь магическая отмычка, доставшаяся от эльфийского принца и висевшая сейчас на цепочке на шее. Возможно, Сэймин счел этот амулет неопасным и для себя бесполезным, потому и не забрал. Но возможно также, что он просто забыл, тогда напоминать ему определенно не стоило. Пусть Риен пока и не представлял, как бы эта вещица могла ему помочь, но вдруг?

Погруженный в мрачные размышления, юноша не сразу заметил, что вид впереди изменился.

Море не было больше ровной гладью, теперь ее в двух местах разбивали огромные столбы, прямо на глазах поднимающиеся из воды к небу, а вокруг них закручивались мощные водовороты.

Теперь Риен знал, где они оказались.

Истамский Пролив, место, которого избегали все моряки. Проход между этими столбами означал верную смерть — водовороты разбивали любые корабли, какими бы крепкими они ни были, какие бы заклинания на них не лежали. Едва столбы появлялись в поле зрения, все корабли меняли курс, огибая их по широкой дуге.

Все, кроме того, на котором оказался Риен. Нос корабля был все так же направлен вперед, и рулевой не выказывал никаких признаков тревоги.

Риен развернулся к Сэймину.

— Мы так разобьемся!

— Вы ведь знаете, высокородный тар, предание о том, куда ведет Истамский Пролив? — по обыкновению дружелюбно спросил тот, и после кивка Риена продолжил: — Значит, знаете. Именно туда мы и направляемся.

Риен сглотнул. Посмотрел на Сэймина, на рулевого, на палубу под ногами, и снова на столбы.

— В Стронт? — спросил шепотом. — Мы действительно плывем в Стронт?

Сэймин вновь улыбнулся.

— Все так, высокородный тар, все так.

Риена пробрала холодная дрожь.

— Вы обещали, что отпустите меня! Но из Стронта никто никогда не возвращался!

— Не волнуйтесь, тар, это уже в прошлом. Очень скоро все врата Стронта откроются и, как в старые добрые времена, наш народ займет свое законное место среди остальных народов мира.

«Наш народ». Сэймин не имел никакого отношения к септам, похожесть была лишь внешней. Сэймин был стронтцем, да и вся команда корабля, скорее всего, тоже.

На уроках истории Стронту уделялось мало времени. Было известно, что прежде, «в старые добрые времена», как назвал их Сэймин, Стронт воевал часто и много, в некоторые периоды древней истории даже подчиняя своей воле весь континент.