Камешек в жерновах

В конце концов, однажды нынешний чванливый тан, который пытался лечить уязвленную гордость в долине Уйкеас, передаст правление собственному сыну, о котором даже я слышал немало хорошего. Вот тогда торговую площадь у городской стены Эйд-Мера вновь будут заполнять вастские торговцы. 

- Сначала надо освободить Эйд-Мер, - буркнул Баюл, с опаской оглядывая выбитые окна и двери домов, закопченные каменные арки и провалившиеся кровли целых кварталов. 

- Освободим, - уверенно сказал Хейграст.

- От болезней умирают, - с сомнением заявил Баюл. – И это случается довольно часто.

- Лекарей хороших маловато, - с сожалением заметил Хейграст и резко вдвинул меч в ножны. – Но они есть!

- Почему ты не спросил у этого Рара о Кагле, которому мы должны передать камень? - спросил Дан, нащупывая на груди мешочек с рубином.

- Осмотримся сначала, - вздохнул Хейграст. – Благодарение Элу, у нас есть день. Сейчас переговорим с кем-нибудь из земляков, потом займемся Каглом. А вот и дом старого Хлюпа! – вскричал нари, выдергивая из ножен меч. 

Дан повернул голову и потянул с плеча лук. Полдюжины плечистых мужчин в вастских халатах пытались высадить дверь на первом этаже потемневшего от времени дома. Подрагивал жестяной меч, подвешенный над крыльцом, блестели выбитые стекла.

- Через окно! – громко посоветовал Хейграст. – Решетки, конечно, железные, но можно попробовать перегрызть. К чему беречь зубы, все равно с ними расставаться!

Мгновение оторопевшие воры разглядывали нари, затем пригляделись к его спутникам и подняли топоры, которыми перед этим рубили дверь.

- Не вовремя ты появился в этом дворе, зеленокожий! – радостно заорал самый высокий из грабителей. – Сейчас мы выпотрошим твое брюхо, а потом вновь примемся за старичка-оружейника.

Слово «малышей» васт не договорил. Стрела Дана вышибла ему несколько зубов и пронзила язык вместе с глоткой. Главарь, захрипев, повалился на камень, а оставшиеся без предводителя воры приняли не самое верное решение. С выпученными глазами и диким ором они бросились на противника. Только один из них успел понять собственную ошибку.