Некромант-самоучка, или смертельная оказия

- А я, выходит, чувствовал не только твой разврат, но и смертельную опасность, грозящую кузену! - усмехнулся рыжий, став позади меня, и иронично произнес: - Теперь даже не знаю, кого из вас сильнее наказать.

- Чего? Разврат?! - Я резко развернулась, оказавшись чуть ли не в объятиях многоликого паразита.

- А ты думаешь, я поверю в твое неведении на его счет? – изумился он.

- Да!

- Нет, - холодно ответил умник и презрительно сощурился. – В случае со мной ты еще могла напутать - артефакт Ахо, моя истощенность и прочее тому виной, но сейчас.

- Во-первых, я их еще не прочла, а во-вторых, не вижу никакой разницы. Я всего лишь подобрала котенка! - Брови Графитового медленно поднялись вверх, затем скептически изогнулись. И я спохватилась уточнить: - Вернее, он сам ко мне устремился.

- Да неужели? – со смешком протянул многоликий, он сложил руки на груди, качнулся с пятки на носок, перекривляя мой голос. – И что, увидев ту пакость, ты подумала: «Какой замечательный день! Ко мне впервые самостоятельно подошло живое существо!»?

- Я не… - на мгновение стало обидно до боли.

- То и значит! - рыкнул рыжий сдавленно и наклонился, чуть ли не носом касаясь меня. - Ты смертьнесущая – бездна, поглощающая силы! Животные чувствуют и ненавидят, нежить принимает за свою родню, а мы, многоликие и двуликие, как и люди, ничего не ощущаем, - и как приговор озвучил: - Оттого и мрем.

Я смутно помнила, что отец запрещал держать в доме живность. Впрочем, необходимости в запрете не было, даже тайно принесенное сестрами зверье сбегало, едва появлялась возможность. Один лишь баран Гошка прижился, стал отцовской гордостью, любимцем семьи и обладателем паскудного характера. Все время норовил меня боднуть пониже спины или ноги оттоптать. Но если он остался, значит рыжий...

- Ты не прав!

- Хочешь сказать, что к тебе ластился не только треклятый лемур?

- Его зовут Гирби!

- Звали, и он оказался скифом, - жестко отрезал многоликий, нависая надо мной.

- Ничего, - произнесла по слогам, - а ты лжешь.

- Не веришь. - Он как-то нехорошо улыбнулся, внимательно разглядывая мое лицо.

- Нет.

– А хочешь, докажу обратное?

- Нет. - Я отступила назад.

- А придется. - Гер последовал за мной и прижал к перилам, руками отсекая пути отступления. – Здесь и сейчас.