Некромант-самоучка, или смертельная оказия

Но не встает, чтобы не получить очередную порцию нравоучений или развернуть припрятанную пакость.

– Я не буду с тобой драться, - между тем заявил кузен, - из жалости. Не хочу, чтобы ты каждый удар чувствовал собственной шкурой.

Вздернуть падаль за шкирку, выбить ловушку, раздавить ее оказалось делом двух секунд, по истечению которых Гер произнес:

- Жаль, что ранее ты не вспомнил об этом обстоятельстве. Впрочем, если я их и почувствую, то в кои-то веки получу достойный отпор от тебя.

– Оскалился плотоядно и с усмешкой произнес весьма приятную ложь: - Но я ничего изнутри выжигающего не ощущаю.

Полминуты, не меньше, хваленый заместитель министра внутренних дел Треда пытался сопоставить факты. Мысли, судя по эмоциям, сменяли одна другую, а к пониманию только что сказанного так и не привели.

- Ты врешь! Мне обещали… сам Дельгато!..

- Он, значит. Теперь понятно, кто восстановил твою связь со мной. Спасибо, братец, за наводку.

- Я не это… - Глаза родственничка забегали, уголок рта нервно задергался.

Верный признак внутреннего напряжения и более тщательной мысленной работы. – Капитан имперцев… мы не…

- Достаточно разговоров. - Гер отбил очередную направленную на него примочку из арсенала воителей, на этот раз улыбнулся, позволяя трусливому кузену нанести удар, а себе подождать со сдачей.

Графитовый легко, даже танцуя, увернулся от кулака, затем локтя и пасти не полностью перевоплотившегося метаморфа, который в силу лени так и не обладал быстрым оборотом, а затем… Шаг навстречу и удар, первый из сотни желаемых, хруст, сдавленный и испуганный вскрик застрявшего в обороте пугала по имени Даррей, и лавовая волна накрывает Гера с головой.

Но не выжигает, нет. После всего пережитого она уже кажется ласковой, щадящей, даже нежной. Еще удар и еще!

Противник, хотя вернее сказать, избиваемый увалень пытался противостоять вначале ловушками, припасенными в рукаве, затем маневренностью и силой зверя, в коего непростительно долго перевоплощался, но все зря, и даже кинжал, выуженный из ботинка, не помог.

Метаморф старшей ветви Дао-дво отступал, сплевывая кровью, Гер наступал, раз за разом ощущая все более горячий и долгий лавовый поток. Мощный, но недостаточный, чтобы выжечь гнев, стыд за кузена, чувство вины перед сероглазой и досаду на нее. Даритель, проклятье! Она даритель.