Якудза из другого мира 8

– Ты нарываешься на спор? – подняла бровь Кацуми.

– А это очень плохо?

– Это будет очередным позорным моментом в жизни одного белобрысого хинина, – улыбнулась Кацуми.

– Да ладно, у меня в сети этих моментов столько, что даже не передать, – отмахнулся я в ответ.

– Кстати, почему ты не отвечаешь на провокации? Почему не делаешь такие же фейки?

– Потому что я не хочу быть таким же, как они.

– Но это же натуральная война. И с каждым разом всё хуже и хуже. Скоро может дойти до того, что тебя обвинять в противоестественной страсти к животным.

Натуральная информационная война.

– Да, это она. И сейчас идет вал против меня. Но если я буду ходить и улыбаться, то это будет лучшим ответом. Пока они занимаются придумыванием способов как можно больше меня уязвить, я тренируюсь. Пока яд проникает в их мозг, заставляя извратить остатки добра в их разуме, я тренируюсь. Когда они начнут ругаться между собой за то – какое лучше новое недоразумение выпустить, я буду тренироваться. И знаешь, Кацуми, подобное поведение всегда побеждает.

– Побеждает?

– Да, побеждает. Я запустил волну антифейковой разоблачения и теперь другие курсанты с радостью разбирают фальшивые фотографии, истории и даже видео. Наградой им служат пакеты со стикерами. Среди них появились даже лидеры, которые обладают чуть ли не всеми пакетами. Тигру пришлось даже взять в помощь троих художников, чтобы успевать отрисовывать новые пакеты.

– Ну а ты?

– А я улыбаюсь и тренируюсь. И это очень злит врагов. Это доводит их до истерики, поверь мне – я знаю о чем говорю.

Чем больше они делают фейковых картинок, историй, записей, тем меньше им веры. Тем больше видят низость и ущербность врагов, способных на любую пакость. Зато люди видят мою реакцию, мою стойкость и моё спокойствие – это заставляет их испытывать ко мне по меньшей мере уважение. А там, где идет уважение, недалеко и до симпатии. Так я и перетяну ко дню боя большую часть зрительских душ на свою сторону.

– Коварный ты тип…

– Просто я сижу на берегу реки и жду, пока мимо проплывут трупы моих врагов.

Кацуми улыбнулась и снова потерлась щекой о моё плечо:

– Вот ты какой упертый… Ещё не передумал насчет спора?

– Не надейся соскочить, Кацуми-тян.

– Соскочить? Да я даже слова такого не знаю! Значит, пари?

– Согласен. Если я приготовлю лучше тебя это незнакомое блюдо, то ты споешь для всей семьи. Тем более, что голос у тебя необыкновенно хорош…

– А если приготовлю лучше я, то ты тогда станцуешь, – подмигнула Кацуми.